Во взгляде промелькнуло не то удивление, не то ликование.
Слегка обескураженная Ника прошла мимо. Подумалось, что после услышанного мама должна пребывать в шоке. Двадцать лет воспитывала дочь в духе времени — уступчивой и сговорчивой, а в итоге получила склочное и неугомонное порождение зла. А если ещё учесть, как Ника в желании отомстить госпоже Маргрит за посягательство на её личную свободу виртуозно вывела на чистую воду её возлюбленного, открыв на него глаза…
После всего этого спрашивать у мамы, чем закончились переговоры со свахой, Ника не видела смысла.
Если когда-нибудь Руз и выйдет замуж, то это будет осознанный выбор Ники и ничей другой. Оказывать на неё давление, вынуждая принять решение не в её пользу — значит провоцировать конфликт.
Девушка тряхнула головой, представив, как бы радовалась Илона Витальевна, если бы у неё была такая дочь как Руз. В силу своего характера Неженка никогда бы не смогла вляпаться в такие вот крупные неприятности. Крупные настолько, что выход виделся только в бегстве — трусливом и позорном.
Поднимаясь по лестнице, Ника вздохнула: «Каждому по заслугам».
Снизу донёсся громкий голос госпожи Маргрит:
— Хенни, приготовь мне накидку и чёрные туфли с серебряными пряжками! К обеду не вернусь.
— Куда вы уходите? — подал голос Питер. — Вы слышали, что сказала ваша дочь? Вы намерены оставить всё как есть? — взвизгнул он.
Ника представила, как он поднялся на носочках, чтобы казаться выше и внушительнее. И этот мужчина понравился ей при первом с ним знакомстве? Ох, как права пословица: «Встречают по одёжке, а провожают по уму».
Она не слышала, что ответила госпожа Маргрит и ответила ли вообще. Только голос Питера окреп, стал громче и визгливее:
— Вот и увидим, кто здесь гость, а кто хозяин! Я иду к господину судье!.. Корнелис, возьми папку! Где моя трость?!
— Пф-ф… — Ника подняла глаза к потолку. Надо же, как ему припекло. А вот ей, кажется, пора собирать чемоданы.
Глава 38
Не откладывая сборы на последний момент, Ника открыла сундук и задумалась: следовало взять с собой столько вещей, сколько она сможет унести.
Она спустилась вниз, выбрала из шкафа четыре платья, включая летние из светлого сатина, отыскала лёгкий тёмненький халат и две пары туфель. Остановила глаза на стопках полотенец и постельного белья. Если не взять с собой хотя бы две смены, то купить его будет не на что, как и заплатить за постой в гостинице.
«Богатые господа останавливаться на задрипанном постоялом дворе не станут», — рассудила девушка.
