Когда он проходил мимо сквера, возникло непреодолимое желание забраться под тенистое дерево или лучше под сиреневый куст, спрятаться от людских глаз и всласть вздремнуть часок-другой. Так бы он, возможно, и поступил, если бы не мысль о друзьях, которая толкала его вперед.
Алик уже подходил к своему кварталу, когда услышал быстрые шаги справа от себя. Он еще не повернул голову на звук, а под его локоть уже забралась мягкая девичья рука.
– Не помешаю?
Это была Катька. Свежая, благоухающая и модная – как будто с утра приняла ванну из розового масла, побывала под рукой профессионального гримера с арсеналом фирменной косметки, после чего направилась в дорогой коммерческий магазин, где и прикинулась с головы до ног.
Алик было недовольно шарахнулся от нее, но, присмотревшись, понял, что бояться нечего. Под толстым слоем косметики Катька была непривычно хороша, и короткое облегающее платье из тончайшей шерсти шло ей необыкновенно. А как возбуждающе она пахла... И уж если кто-то и должен был кого-то чураться, так это Катька его самого.
Нечесаный, помятый, а перегаром от него несло, как угольной сажей от разгоняющегося паровоза.
Впрочем, чувства стыда и угрызений совести он не испытал. Как не пришел в восторг от экстаза, который могла, но не вызвала Катька.
– А если помешаешь? – кисло спросил он.
– А если нет? – как будто в ожидании чуда спросила она.
Девушка облизывала его чувственным взглядом, но насытиться этим не могла. Она явно ждала от него чего-то большего.
.. Он, в общем-то, и не прочь был повторить пройденное, но при этом перспектива оказаться с ней под одним кустом вовсе не воодушевляла его.
– Ну, я, в общем-то, спешу, – пожал он плечами.
И, отстранившись от нее, продолжил путь.
– А мне с тобой можно?
– Зачем?
– Ну, просто...
– Просто кошки рожают... Потому что гуляют просто и с кем попало...
– Это ты о чем?
– О ком. О некоторых.
– Я не гуляю с кем попало.
– Тогда ко мне чего клеишься?
– Ты особенный.
– Сейчас растаю и растекусь по асфальту.
– А я тебя соскребу, соберу в кучку и положу к себе в сумочку! – засмеялась Катька.
Парировать ее словесный выпад он не успел: открыл было рот, но рядом вдруг под скрип тормозов остановилась вишневая «девятка». С едва уловимым гулом опустилось непроницаемо темное стекло, и он увидел знакомую физиономию.
Игорь смотрел на него свирепо и злорадно. Из машины вышел резко, нахраписто.
