В самом деле, какая мне разница, встретил он накануне старую знакомую, к которой вдруг воспылал былой страстью или просто струсил брать на себя мифические «обязательства»?
В любом случае – дело не во мне.
– Никакой… – медленно проговорила я. – Ни-ка-кой. Что ж, пусть останется твоей постыдной тайной, а я как-нибудь переживу."
"Интересно, если натравить на него «ребят» одного моего питерского знакомого, который в пьяном угаре хвастался, что заведует конторой, куда обращаются, чтобы добыть информацию из людей, которые не очень хотят ею делиться, как быстро Костя расколется? Сразу, как они появятся на пороге?
Выйдя из подъезда, я постояла немного, глубоко дыша, стараясь выгнать из легких навязчивый запах этой квартиры – тлена и скуки.
Повертела на пальце кольцо. Я не носила его так долго даже когда считала, что замужем за Киром. Но стоило выяснить, что штамп был шуткой – и я не снимаю его даже в ванной.
Не возвращаюсь. Не звоню. Не смотрю его шоу.
Но не снимаю кольцо.
Я достала телефон и пролистнула весь свой список контаков, изрядно распухший за последние недели.
Откуда-то у меня была уверенность, что легко и быстро знакомишься с людьми только в юности и самая крепкая дружба получается с теми, кого знаешь с детства.
Кир бы сказал, что это «ярлычки».
Я научилась их распознавать – когда в чем-то непоколебимо уверена, но не помнишь, откуда эта уверенность взялась.
Всем этим новым знакомым я могу позвонить в любой момент и предложить встретиться, и они даже не спросят, зачем. А вот старые приятели очень удивятся, если я так сделаю.
У нас не принято звонить просто так. Почему? Ну… просто не принято. У всех семьи, работа, дела…
Только Женька осталась последней близкой подругой, и то потому, что тоже не замужем. Что ж, это легко исправить. Если уж она умудрилась влюбиться в Серегу, у меня есть прекрасный кандидат ему на замену.
– Привет, – сказала я, когда она подняла трубку с ворчливым «Ну что там опять?» – Я хотела спросить, как ты к Платону относишься?
Звонок Платону закончился не так прекрасно.
На свидание с Женькой он немного удивленно, но все же согласился, но потом напряженно спросил меня:
– Ты не знаешь, где Кир? Не могу ему дозвониться, на съемки он не приехал.
– Не знаю и знать не хочу, – отрезала я.
– Что-то случилось?
– Ничего. Просто я его ненавижу.
Платон скомканно попрощался, а я убрала телефон и сглотнула неуместные, невесть откуда взявшиеся злые слезы. Ненавижу! Ясно? Всем ясно?!
Кольцо холодило кожу.
