Как он при этом умудрялся еще чай не разлить – просто чудо.
– Ну вот опять! Зачем ты меня спрашиваешь? Я же сказала, что…
Я спряталась поглубже в воротник халата, стараясь не попадать под прицел внимательных веселых глаз.
– Ты еще ничего не сказала. Давай, Варвара, раскрой мне свой страшный секрет, обещаю хранить его до конца своих дней!
– Зачем? Тебе не понравится.
– Тем более скажи! – он поставил чашку на стол и снова подергал меня за пояс. – Давай, давай! Я тебя не съем. И не стану к тебе хуже относиться?
– А вдруг станешь? – тихо пробормотала я.
– Ты боишься показаться такой, какая ты есть? Но почему? Если мне не понравится настоящая Варвара, зачем я тебе нужен? Зачем вообще тебе нужны люди, которые не знают тебя настоящей?
– Я так останусь совсем одна!
– Слушай, ну я же не остался, – фыркнул Кирилл. Он вывернулся на диване, как кот, заняв какую-то максимально неудобную позу, в которой ему, по-видимому, было совершенно комфортно. – Я ведь с тобой такой, как есть. Вот и ты не подстраивайся, не пытайся что-то изобразить.
Будь сама собой.
– Ноющей и грустной?
– Любой! Кому не понравится – тот просто не твой человек. Хочешь, раскрою секрет? Когда ты пытаешься быть для всех одинаково хорошей – то и люди вокруг тебя собираются те, кому нравятся такие вот вежливые, приличные и никакие. Не твои люди. Потому что по-настоящему твоим нравится совсем другое. То, что ты прячешь. Зачем тебе те, кому нравится твоя вежливая маска, а не ты?
– Они хорошие?
– Ерунда! Тебе самой будет интереснее с теми, кому понравится настоящая Варвара!
– Тебе, значит, тоже нравится маска…
– Ничего подобного.
– Кирилл подхватил длинный пояс моего халата и пощекотал его кончиком мой нос. Я протестующе фыркнула, а он улыбнулся. – Чем больше я узнаю настоящую Варвару, тем больше она мне нравится.
Я задумчиво повертела в руках чашку. Отпила глоток и с наслаждением ощутила, как разливается тепло по пищеводу. Когда же я успела так замерзнуть?
– О, – сказал Кирилл.
– Мне кажется, нам нужен коньяк!
Он скатился с дивана, приземлившись на все четыре лапы, метнулся к бару, позвенел там бутылками и вернулся с пузатой бутылкой, наполненной темно-янтарной жидкостью.
Я подумала, подумала… и подставила чашку.
У меня стресс, мне можно.
Он тоже сделал глоток прямо из горлышка и с интересом посмотрел на этикетку.
Горячий чай, разбавленный коньяком, прокатился огненной волной к желудку, а оттуда разлился жаром по всему телу.
