– Совершенно нет, подозрительная моя! – замотал головой Кирилл, не забывая хлебать щи ложка за ложкой. – Настроение просто весеннее, радужное! Бывает так. А ты-то чего такая?
– Какая? – буркнула я, нарезая еще хлеба.
– Нелюбезная!
– До тебя была нормальная, есть собиралась!
Я наконец уселась на табуретк, и тут увидела, что забыла сметану. Блин! Пришлось вставать и лезть в холодильник.
– Так отлично же – вместе поедим! Семьей! Как ты мечтала, – заявил Кирилл, который уже сожрал половину тарелки, постанывая после каждой ложки.
Это было лестно, но я тоже хотела нормально поесть!
– Я не мечтала кормить мужа, явившегося после свидания! – проворчала я, наконец приземляясь на табуретку перед своей идеальной тарелкой щей из квашеной капусты. Со сметаной и мягким черным хлебом. Густой аппетитный запах окутывал кухню, и у меня уже посасывало под ложечкой от предвкушения, потому я и не заметила, что сболтнула.
Зато Кирилл заметил.
– Так ты бесишься из-за Маришки? – он даже ложку из руки выпустил и хлеб отложил.
– Варвара?
У меня даже руки опустились от такой наглости.
– Мариш-ш-шки? – прошипела я, наклоняясь над столом. – Маришки?!
– Ну, Гюрзы твоей, – уточнил он, словно я и правда всего лишь не поняла, о ком идет речь. – Она же классная… – взгляд Кирилла затуманился. – Горячая взрослая женщина, все как надо – под этой ее строгой юбкой прозрачные трусики, чулочки, шпильки, а взгляд… Особенно когда я развел…
– Хватит! – грохнула я ложкой, которой едва зачерпнула суп.
– Хватит мне об этом рассказывать!
– Ну ты чего? – Кирилл снял свои хипповский очочки и пристроил их к горшку с авокадо. – Ревнуешь, что ли? Мы же решили, что друзья?
– Это не повод рассказывать мне про своих баб! – возмущенно сказала я, стискивая ручку ложки так, что побелели пальцы.
– А я думал – повод… – Кирилл откинулся на табуретке, облокотился о подоконник и посмотрел на меня с ехидным выражением на морде.
Одна из рыжих прядей вырвалась из неаккуратно собранного хвоста и болталась у лица. – У меня отличные бабы, кому, как не другу рассказать?
– Хватит! – стиснув зубы, повторила я.
– Бешу? – спросил Кирилл.
– Бесишь!
– Ну так чего сидишь, как неродная? – поинтересовался он. – Швырни в меня тарелкой.
– Что за чушь!
– Ну чего ты? Швыряй! – подначил он. Широченная улыбка против его воли расползалась по морде.
