Откроет карты, вывалив их на стол скопом, и оставит меня без брони, за которой я могла спрятаться, все отрицая.
— Я понимаю твои страхи, — не услышав слов, сказал Киррас. — Но знать, что все наши старания не зря, слишком важно, Ханнари. Возможно, я поторопился, признавшись во всем семье, и ты не захочешь быть с нами, даже если мы получим разрешение. Разубеди меня, огонечек. Дай мне веру, что у нас все может получиться.
— Киррас, ты должен понимать, что, даже если такой союз одобрят главы домов, есть еще кое-кто, кому он не придется по душе.
Намекая на повелителя, я вновь умолчала, что уже встречалась с ним и его решение обжалованию не подлежит.
Душу вновь свернуло в комок печали. Призрачная надежда вспыхнула и тут же потухла, возвращая меня в суровую реальность, где моим сказкам нет места.
— Если главы домов дадут свое позволение, у повелителя не будет причин препятствовать, — сразу же осознав, о ком идет речь, возразил лунный. — Его волнуют только распри между домами, но если все будет оговорено заранее, их не будет.
К тому же объединение драконов двух домов в один клан — едва ли не лучшая гарантия дальнейшего мира. Да, сперва они должны дать добро, но после не посмеют перечить.
— Ты говоришь так, словно это просто.
— Непросто, — согласился он. — Но возможно. У нас еще будет много времени доказать, что это не ошибка и не поспешность. Но для этого я должен услышать от тебя признание, Ханнари. Я должен знать, что не только нам с Тайросом это нужно и ты не откажешься от нас, если мы добьемся желаемого.
Я долго молчала, кусая щеки изнутри и глядя в одну точку, а точнее, в ямку между мужских ключиц. В голове роились сомнения, опасность давила на грудь, и рискованность выбранного пути камнем лежала на душе.
А если ничего не получится? Если все это зря? Что тогда?
Мы трое останется каждый на своем месте — с разбитым сердцем и без шансов сохранить от себя хоть что-то.
Но если получится?
Самой не верилось в этот дикий план, переходящий все границы. Я не просто соглашаюсь остаться с драконом, а выбираю двоих! И даже моих скромных познаний в любых отношениях, не считая персонажей моих рассказов, хватало, чтобы понять — это никто не одобрит.
Двое мужчин и одна девушка… Развлечение? Может быть, многие грешили в темных спальнях, но явить свету подобный союз официально?..
— О чем думаешь?
— Как на нас будут смотреть люди, — призналась я, нахмурив брови. — Все будут считать меня развратницей, да?
Глава 30
Киррас насмешливо фыркнул.
