Но почему-то, когда все это случилось, я испытала самые противоречивые чувства…
В общем, мы с Филиппом поцеловались!
Вернее, он меня поцеловал, а я… Как глупо вышло, мамочки! Но обо всем по порядку.
Филипп наведался к нам поздно вечером, чтобы помочь тете Маше отнести пару коробок со старыми книгами, которые мама великодушно решила отдать Гурьевым. Собрание классиков принадлежало моему дедушке. И, по словам родительницы, у нас дома просто пылилось.
«Дарья все равно ничего не читает!» – попутно сделала она мне замечание.
Конечно. Будто мать интересуется моим досугом…
– У меня еще пирог в духовке! – всплеснула руками Мария Архиповна. – Филипп, подождешь?
– Подожду, куда я денусь? – ответил Фил.
– Можешь пока пройти в мою комнату, – предложила я. – Сейчас делаю геометрию и, если честно, кое-что не поняла в одной задаче… У вас уже была итоговая контрольная за первое полугодие?
– Была, – кивнул Филипп. – Значит, тебе нужна моя помощь?
– Не отказалась бы, – широко улыбнулась я.
– Вот-вот, Филушка, помоги Дарье! – напутствовала нас тетя Маша.
В моей комнате царил полумрак. Были включены лишь настольная лампа и мигающая гирлянда.
– У тебя уже праздник? – усмехнулся Филипп.
– Ой, она круглый год горит! – отмахнулась я. – Вот, смотри.
Я усадила Фила за письменный стол перед раскрытой тетрадью. Парень внимательно изучал мое перечеркнутое решение задачи.
– Все верно. Тебе осталось лишь вывести формулу для производной пирамиды. В итоге ты докажешь, что объем пирамиды равен трети произведения площади ее основания и высоты…
Я склонилась над столом, внимательно рассматривая черновик.
При этом чувствовала на себе взгляд Фила. Его лицо было так близко… И сердце от волнения застучало громко-громко.
– Даша, знаешь… – неуверенно начал Филипп.
Я боялась посмотреть на парня, продолжая изучать тетрадь. Только формулы теперь все перепутались.
Выждав пару секунд, осмелилась взглянуть на Фила. В свете настольной лампы его ресницы отбрасывали легкую тень на щеки, а серые глаза казались совсем темными.
Внезапно парень чуть привстал и быстро поцеловал меня в губы. Отстранился и посмотрел на мое растерянное лицо. Вероятно, подавленное молчание он расценил как согласие, потому что снова потянулся за новым поцелуем, но замер буквально в двух сантиметрах от меня."
"– Не возражаешь? – тихо спросил Фил.
Я неопределенно закивала, а затем отскочила от парня, ударившись головой о книжную полку, которая висела над столом.
