Закрыв дверь, я отправилась в свою комнату, попутно заглянув на кухню. Мать, присев на корточки, колдовала над посудомоечной машиной.
– Ба, кстати, просила передать, что тебе идет эта стрижка.
Она, не вставая, резко обернулась:
– Шутишь?
– Нет! Говорит, цвет волос тебя освежает. И молодит. Ты с ним совсем как та пятнадцатилетняя девочка…
– Скажете тоже, – смутилась мама.
– …которая едва не зашибла стулом своего щуплого кавалера с ромашками!
– Дарья! – поднялась мама на ноги.
Я рассмеялась:
– Теперь шучу.
– Но почему бабушка мне ничего не сказала за ужином?
– Забыла, наверное, – пожала я плечами. – Или не посчитала важным. Люди не придают значения вовремя сказанным нужным словам, – вспомнила я «Алые паруса».
– Ты, Дарья, философ, – улыбнулась мама.
– Просто подумай об этом, – усмехнулась я.
Войдя в свою комнату, схватила ноутбук и уселась на кровать. В одной из социальных сетей, минуя все непрочитанные сообщения, в общих друзьях отыскала Роберта. Судя по последнему визиту, Кайзер уже пару дней не заходил в Сеть.
Наверное, сейчас он на даче у Клима. Снег, горы, треск огня в камине… И куча избалованных ребят. «Банкет для богатеньких», – как сказала Вита.
Я еще несколько минут изучала страницу одноклассника, но ничего интересного не нашла. Что бы могло сорвать одну из его масок? Ладно, один-единственный клик… «Разблокировать Роберта Кайзера».
31 декабря 20…7
Сегодня в комнате пахнет не сладкими мандаринами, а моими несбыточными мечтами. Какими словами лучше всего описать пустоту?
Не буду больше вести этот чертов дневник.
Выброшу, разорву, сожгу. Не буду.
9 января 20…8
Давно я не делала записей в дневнике. Не было ни желания, ни времени, ни настроения. Ничего не было. Но тетрадь, оставленная на столе, так и манит… И если я не выговорюсь здесь, то где и с кем мне это сделать?
Папа не приехал. Позвонил утром тридцать первого декабря. Очень извинялся. Сказал, до последнего надеялся, что получится встретить праздник всем вместе… Не получилось.
Это был первый Новый год, который меня растоптал.
Так я и просидела за столом в пижаме, пялясь в огромное светлое окно. Снег, словно пепел, летел с неба. И мама, и Мария Архиповна, которая зашла к нам с утра для того, чтобы накрыть праздничный стол, ни слова мне не сказали. Время от времени обе женщины проходили мимо, обмениваясь репликами."
"– Думаю, готовить много не надо, – услышала я глухой мамин голос. – Саша ведь не приехал.
