Мы все дружно, в рядок усаживаемся и нехотя, через силу едим. Молча. А потом я вспоминаю о шкатулке.
- Так, ребятки, будьте тут, с бабушкой, а я сейчас вернусь.
Быстренько выхожу в холл, где стоят наши сумки и чемоданы, достаю тяжелую шкатулку и пытаюсь ее открыть. Но что бы я ни делала, у меня не получается. Я так увлекаюсь, почти до испарины терзая шкатулку, намереваясь даже идти на кухню за молотком, когда позади меня раздается голос:
- Деточка, там кнопочка есть особая.
Бабушка подходит и просто нажимает какой-то скрытый механизм.
Шкатулка щелкает у меня в руках и приоткрывается.
- Это специально, чтобы воры открыть не смогли, - поясняет мне пожилая леди.
Я киваю и распахиваю шкатулку, готовая увидеть что угодно, но не то, что открывается моему взору.
- Что? Не поняла? Как? Где?
Я принимаюсь вертеть шкатулку, отодвигать обивку, не в силах поверить, что она пуста. Потом резко поворачиваюсь к бабушке, та стоит рядом совершенно спокойная, чем вынуждает меня задать вполне резонный вопрос:
- Вы знали, что там ничего нет?
- Знала, - кивает.
"
"Чувствую, что мне не хватает воздуха. Какая-то совершенно глупая волна паники накрывает меня по самую шею. Я так надеялась на эти чертовы драгоценности, я так верила, я… Едрид-Мадрид!!
Со злостью отшвыриваю от себя пустую коробку, присаживаюсь, сжимая голову руками. Что теперь делать, как быть?
- Почему вы раньше не сказали, что там пусто? – спрашиваю у бабули, не особо надеясь на внятный ответ.
- А ты разве не знала? – отвечает мне вопросом на вопрос.
Поднимаю голову, встречаюсь с глазами пожилой леди. Они выглядят какими-то растерянными и словно мутноватыми.
- Наверное, забыла, - отвечаю.
- Ты же сама забрала все драгоценности и понесла их куда-то. Как раз накануне своей болезни, - добивает меня бабуля.
- Ясно… знать бы еще, зачем я это сделала…
Пожилая леди только разводит руками. Оно и понятно. Ей-то откуда знать. Громкий стук в дверь заставляет меня дернуться.
- Уже время? – спрашиваю.
- Еще целый час, но кто знает этих новых владельцев, - пожимает плечами бабуля.
Сжав зубы, распахиваю входную дверь настежь, готовая отстаивать наш последний час в доме до последнего. Но на крыльце стоит пожилой, кругленький дедуля. Он испуганно отскакивает от распахнувшейся двери, а потом, приподняв шляпу, здоровается:
- Ой, доброго дня, леди.
- Доброго? – смотрю на пришедшего, жду, что будет дальше.
