– Ты ведь местная знаменитость, нельзя так дестабилизировать своих поклонников, не находишь?
– На этот счет у меня есть проверенное средство, – говорит дракон и жестом фокусника вытаскивает из камзола широкополую тканевую шляпку и…
– Накладные усы, серьезно? – восклицаю удивленно. – Это твоя маскировка?
– Шляпка тебе, – говорит Джеймс, – усы мне, – он размещает растительность у себя над губой, – еще у меня есть порошок, временно осветляющий волосы, хочешь? Вместо пары шатенов превратимся в пару блондинов, и никто не признает нас.
Я лишь молча киваю, а дракон принимается колдовать над нами. Мне и самой интересен результат.
– Все, готово, – говорит он, водружая мне на голову шляпку, – до вечера продержится. Тебе идет, но твой натуральный цвет мне нравится больше.
– Они совсем как настоящие, – дотрагиваюсь до усов дракона, – удивительно, но ты и впрямь теперь не похож на себя. Как мало, оказывается, нужно, чтобы измениться. У тебя даже глаза сейчас не блестят, а выглядят обычно, как у человека.
– А ты думала, – усмехается Джеймс, – и не на те ухищрения пойдешь, чтобы выйти в город без того, чтобы об этом знала каждая собака.
– И как же ты обычно проводишь время, гуляя в одиночестве в таком виде? – бросаю подозрительный взгляд на дракона.
– Не поверишь, как простой человек! – еще сильнее веселится герцог.
Вскоре я понимаю, о чем речь. Мы доходим до небольшой площади, где торгуют всякой снедью, и просто наслаждаемся, покупая и пробуя все подряд: яблоки в сиропе, вишня в шоколаде, домашний ягодный компот и прочие нехитрые, но очень вкусные угощения.
Подкрепившись, в нас просыпается азарт, и мы участвуем в несложных ярмарочных играх, вроде «попади десять раз в мишень и получи в подарок детскую свистульку». Вскоре я становлюсь обладательницей той самой свистульки, вручную вышитого носового платка и деревянных грубо обработанных, но в то же самое время очаровательных бус.
– Мы ведь жульничаем, да? – спрашиваю, примеряя выигранное Джеймсом украшение. – Оно мне так нравится, но совесть говорит о том, что тебе, как дракону, легче выиграть, чем остальным.
– Глупости! Я заплатил за возможность выиграть в два раз больше, чем стоят эти бусы, – восклицает герцог. – Но они тебе так понравились, приятно видеть в твоих глазах радость, а не одно лишь недоверие к моей персоне."
"– Я, – поджимаю губы, не зная, как выразить все, что у меня сейчас внутри. История с договором, принуждением участвовать в фарсе и прочем на этой ярмарке отошла на второй план.
