Вы хотите сказать, что ваш безрассудный брат замыслил обесчестить мою девочку, учинить безобразнейший скандал, который навсегда закроет ей дорогу в общество? Но в чем причина? Чем вызвана подобная жестокость? Или все эти игры с приданым преследовали так далеко идущие цели? Но чем же мы провинились перед вами, граф, что такого дурного могла совершить моя дочь, чтобы ее, юную и беззащитную, втоптали в грязь сапоги великосветского мерзавца? — Женщина не замечала, что слезы ручьем текут по щекам, но, когда Фаддей протянул ей свой платок, она с негодованием оттолкнула его руку.
— Возможно, мой покойный муж каким-то образом обидел вас или вашего брата, но при чем тут моя дочь?
— Твой муж был прекрасным и благородным человеком, и эти жалкие негодяи ногтя его не стоят. Прикажи, я позову лакеев, и они взашей вытолкают этих наглецов, — Ратибор выпятил грудь и, надувшись, как индюк, сделал шаг в сторону графа. Ратманов исподлобья сердито посмотрел на него и проговорил:
— Оставьте при себе ваши угрозы, господин Райкович! — И, достав из кармана своего сюртука платок, заботливо вложил его в руки женщины.
— Успокойтесь, Ольга Ивановна, я никогда даже не подозревал, что мой брат способен на столь отвратительный поступок. И пока не вижу никаких причин, чтобы объяснить его поведение.
Ольга Ивановна отчаянно пыталась сдержать рыдания, но слезы продолжали бежать по щекам, ко всему прочему, вдруг самым неприличным образом потекло из носа.
— Простите меня, господа, — прошептала она, всхлипывая, тщетно пытаясь промокнуть нос. — Я не должна плакать, но у меня такое ощущение, что все вокруг сошли с ума. — Наконец она решительно высморкалась и достаточно жестко произнесла:
— Что за чудовище ваш брат, граф! В последние дни до меня стали вдруг доходить слухи о его распутном поведении, да еще с такими отвратительными подробностями. Я совершенно не верю подобным сплетням!.. — Тут она сбилась с мысли, потому что заметила явную усмешку на губах графа, но собралась с духом и закончила:
— Но, вероятно, на этот раз ошиблась и не сумела вовремя оградить мою бедную девочку от бессердечного подлеца.
Господи! — она мысленно перекрестилась. — Ну почему Настя решилась на такой опрометчивый поступок, ведь в своей записке… — Ольга Ивановна выпрямилась, что-то похожее на догадку ворвалось в ее сознание, как порыв ветра в открытое окно.
