— Небось что-то выторговала, гадина! — ответил другой. — Чтобы такая да просто так сжалилась и отпустила барышню? Как же, держи карман шире!
Настя тем временем отступила на шаг от Фелиции и вдруг резко к ней повернулась, и в следующее мгновение стоявшие на земле люди вскрикнули в один голос и вновь в ужасе замерли. Бывшая циркачка согнулась пополам, покачнулась и, не издав ни звука, полетела с крыши вниз. Через мгновение раздался громкий всплеск, и тотчас же все наблюдавшие за ее падением устремились к пруду.
Только Андрей и Петр остались на месте. Лакей весело усмехнулся в усы и подмигнул графу.
— Молодец барышня, что ни говори! Хорошая супруга из нее получится! — он с восхищением поднял вверх большой палец.
Андрей рассмеялся.
— Да, с такой женой скучать не придется! Того гляди, рассердится и нокаутирует мужа. — Он обнял дворецкого за плечи и посмотрел на его повязку. — А кто это тебя так, братец?
— Да все эта стерва. Я лакеев хозяйских связывал, которых мы с графом… это самое, — он впечатан кулак в ладонь и покачал удрученно головой, — а она подкралась сзади и оглоушила меня маленько…
Андрей улыбнулся.
— Ну, никого эта баба не обошла своим вниманием! Дьяволица, и только!
— Истинно так, барин, истинно так, — закивал головой Петр, и они поспешили навстречу Насте и Сергею, появившимся на крыльце дома.
Глава 38
Прошло всего три часа, как Настя и Сергей стали наконец мужем и женой. Старый батюшка, которого они нашли чуть живым от страха в одной из комнат дома Райковича, обвенчал их в маленькой деревенской церкви.
Жених и невеста были отнюдь не в свадебных нарядах, да и шаферы тоже выглядели не лучшим образом. Но до этого никому не было дела: до конца суток оставалось менее часа, и полуночный бой часов грозил молодым не совсем приятными последствиями.
Но они все-таки обвенчались! И теперь сидели в компании самых близких людей за столом в доме Глафиры Афанасьевны. Уже не один раз выпили за счастье молодоженов, раз пять прокричали «Горько!», а теперь, присмирев, все слушали рассказ Фаддея о том, как он разоблачил хитроумную Фелицию.
Оказывается, муж женщины, окликнувшей поэта на постоялом дворе, выступал в свое время жонглером в цирке, в котором Фелиция и ее муж Карл работали в номере «Полет ласточек». С тех пор прошло около десяти лет, и старый жонглер, не в пример жене, конечно же, не узнал поначалу в шикарной даме бывшую гимнастку с вечно подбитым глазом.
