Ошарашенный Дуглас только крякнул, взглянул на свою жену, потом перевел взгляд на Синджен и вздохнул:
— Ладно, уберем кулаки в карманы.
— Цивилизация — весьма полезная вещь, — заметила Синджен. — Чтобы скрепить перемирие, давайте выпьем чаю. Но сначала, Колин, пойдемте на минутку со мной. У вас на губе кровь. Я ее смою.
— У тебя, Дуглас, тоже ужасный вид, — сказала Алике. — Ты сбил костяшки пальцев и разорвал рубашку, которую я сшила тебе в подарок на день рождения. Но ты об этом даже и не вспомнил, когда затеял это глупое побоище! О Боже, у тебя на воротнике кровь Колина.
Боюсь, это уже ничем не выведешь, здесь не помогут даже самые лучшие пятновыводящие средства миссис Джарвис. Синджен, мы встречаемся в гостиной через десять минут.
Она огляделась по сторонам, увидела бледного, потрясенного Дриннена и спокойно сказала:
— Дриннен, будьте любезны, распустите слуг. И принесите в гостиную чай с ячменными лепешками. Его милость граф Эшбернхем — шотландец, и у него, несомненно, весьма требовательный вкус.
Постарайтесь, чтобы лепешки были на высоте.
На том дело и завершилось — с ним справились две женщины. Колин без единого слова последовал за Джоан Шербрук. Краешком глаза он успел заметить, что граф Нортклифф так же покорно бредет за своей крошечной женой, а та шествует, горделиво расправив плечи и вздернув подбородок, — ни дать ни взять генерал.
Колин Кинросс, седьмой граф Эшбернхем, чувствовал себя так, будто ему снится какой-то причудливый сон, от которого он никак не может пробудиться. Не сказать, чтобы этот сон был кошмарным, но он был неимоверно странным.
Он посмотрел на гриву русых волос, рассыпавшихся по спине Синджен. Должно быть, шпильки выпали из них во время потасовки. Но куда делась ее шляпка? А волосы у нее густые и действительно красивые. Она в самом деле хороша, что и говорить, и целовать ее было так сладко — ничего похожего он и припомнить не мог.
Но такого ее вмешательства в мужские дела он больше не потерпит. Они, двое мужчин, должны были разобраться между собой сами, а дамы не имели права вторгаться в то, что их не касалось.
Нет, он ни за что не потерпит подобного вмешательства еще раз.
Глава 3
— Хватит, Джоан. Я не желаю, чтобы меня водили на веревочке, как безмозглого козла.
Услышав раздраженный голос мужчины, за которого она бесповоротно решила выйти замуж, Синджен обернулась и улыбнулась. Потом она погладила его по руке.
— Мне и самой не нравится, когда меня так водят, особенно в незнакомом доме. Не люблю идти сзади.
