— Сегодня я больше не хочу о нем говорить.
— Но ты отпустил его! Мне страшно.
— Тебе нечего бояться. Он поклялся именем своего отца.
— Ха-ха! Он прохвост, которому нельзя верить, смазливый, но опасный.
— Замолчи, Джоан. Теперь я тебя поцелую.
Он нежно приподнял ее и прижался губами к ее губам. У его губ был вкус сладкого, темного портвейна, который он пил после обеда вместе с Райдером и Дугласом. Когда его язык осторожно скользнул между ее губами, Синджен захотелось крепко обнять его за шею и никогда не отпускать.
— Как чудесно, — проговорила она, не отрывая уст от его рта. Когда его язык коснулся ее языка, по ее телу пробежала дрожь.
Он поднял голову и посмотрел на нее:
— Мне недоставало тебя. Сегодня, Джоан, ты узнаешь, что такое наслаждение. Ты можешь наконец поверить мне и перестать твердить, что мой член слишком велик?"
"— Но он действительно слишком велик, Колин. И ты не можешь этого изменить. Я до сих пор не понимаю, каким образом я могу получить наслаждение, когда ты войдешь в меня.
Он усмехнулся, глядя на нее.
— Поверь мне — получишь.
— Что ж, наверное, я должна тебе верить, ведь я хочу видеть твое прекрасное лицо каждый день, до конца моей жизни. Ты так много значишь для меня, Колин. Пожалуйста, берега себя, ладно?
— Ладно. И тебя я тоже буду беречь.
Он целовал ее еще и еще. Сначала его поцелуи были легкими, но вскоре стали глубокими, страстными, он целовал и целовал ее, а она, задыхаясь, прижималась к нему, безотчетно гладя пальцами его волосы и плечи. Он не пытался ласкать ее груди, касаясь только спины и рук.
Казалось, он не помышляет ни о чем, кроме поцелуев, и Синджен была этому несказанно рада — первые пять минут.
Но потом ей захотелось чего-то большего. Это было странно, но приятно. Какое-то тянущее ощущение внизу живота, какое-то жжение, сильное и вместе с тем смутное, но она чувствовала, что это еще не все, что есть нечто большее, и ей этого хотелось. Она вспомнила, что и раньше испытывала эти ощущения, но они сразу же исчезли, когда Колин сделал ей больно.
Синджен вдруг схватила его руку и, потянув ее вниз, прижала его ладонь к своему животу.
— У меня такое странное ощущение, — проговорила она, выдыхая воздух в его рот; голос ее звучал хрипло. Она начала неистово, исступленно целовать его, зарываясь пальцами в его волосы, лаская его лицо и плечи.
— Да, я это чувствую, — прошептал он. Его пальцы не двигались, а только легко касались ее живота. Но он продолжал целовать ее, пока она не застонала прямо ему в рот.
