Что еще она тебе сообщила?
— Это полнейшая чепуха! — вскричал Дуглас. — Ничего этого не было. Это чертово привидение… Она просто не существует…
— Конечно, она не существует, — вмешалась Синджен. — Ведь она умерла несколько столетий назад. Остался только ее призрак.
— Закрой рот, Синджен! Я просто немного подумал — очень недолго, потому что вижу вас двоих насквозь, — и быстро пришел к выводу, что вы удрали в Шотландию.
Райдер нахмурился:
— Ты приехал за мной в Эскот и сказал, что надо сейчас же ехать за нашими женами.
Ты заявил, что они получили письмо от Синджен и что она больна и ей грозит какая-то беда. Тогда я не стал спрашивать, откуда тебе это известно. Я решил, что Алике оставила тебе соответствующую записку, но выходит, что это не так. Так откуда же ты узнал, что Софи тоже участвует в этом деле? Скажи, Дуглас, как же все-таки ты узнал?
Дуглас запустил пальцы в волосы, взъерошив их. Вид у него был встревоженный и настороженный.
— У меня просто возникло такое чувство, вот и все.
У нас у всех время от времени бывают такие предчувствия, даже у тебя, Райдер. Оно пришло ко мне, когда я спал в кровати Алике, потому что наша мать настояла, чтобы мою перину набили свежими перьями и хорошенько взбили, бог весть зачем. Лично мне больше нравятся перины со слежавшимися гусиными перьями. И вот, когда я лежал в кровати Алике и думал о ней, у меня вдруг возникло это чувство. Самое обыкновенное чувство, из которого я сделал самые обыкновенные выводы.
Во время этой перепалки Колин подошел к камину и небрежно прислонился к каминной доске, скрестив руки на груди. Перебранка между его шуринами и их женами и разговоры о привидениях явно оставили его равнодушным. Синджен даже показалось, что он немного позабавлен, во всяком случае, она надеялась, что это так. С ним будет легче иметь дело, если ему забавно. В конце концов, когда в разговоре возникла короткая пауза, он заметил:
— Ковер был не такой уж дорогой. Не беспокойтесь о нем, Алике.
К тому же, по-моему, Эмма неплохо его вычистила.
Алике открыла один глаз:
— Спасибо, Колин. Вы очень добры к несчастной больной женщине, не то что…
— Не смей так говорить! Чтоб у тебя и мыслей таких не было! — сказал Дуглас.
Миссис Ситон удалилась, хотя и с явной неохотой, и он снова уселся на свое место на кровати рядом с женой.
— Никогда не говори этих слов другим мужчинам. Я твой муж, и это я добр к тебе, я, а не кто-то другой.
