Ему стало не по себе.
— Давайте отойдем, здесь такая давка. Да, тут лучше. Послушайте, я чувствую себя неловко. И все это очень необычно. Могу ли я нанести вам завтра визит? Смотрите, к нам идет какая-то молодая леди, и вид у нее весьма решительный.
Синджен одарила его ослепительной улыбкой.
— О, да, я была бы очень рада, — сказала она и дала ему адрес особняка Шербруков на Пэтнэм-плейс. — А это Алике, моя невестка.
— Как ваше полное имя?
— Все зовут меня Синджен.
— Да, вы говорили, но мне не нравится это прозвище.
Я предпочитаю имя Джоан.
— Хорошо. По-настоящему я леди Джоан Илейн Уинтроп Шербрук, потому что мой отец был графом.
— Утром я буду у вас с визитом. Не хотите ли отправиться со мной на верховую прогулку?
Она кивнула, глядя на его белые зубы и чудесные, прекрасные губы, и, не сознавая, что делает, потянулась к нему. Колин аж задохнулся от изумления и торопливо попятился. Боже правый, да эта девчонка совсем бесстыжая! Намекает, что втюрилась в него с первого взгляда. Ха! Хорошо же, завтра он проедется с ней верхом, дознается, ради чего она затеяла этот абсурдный розыгрыш, и, может быть, поцелует и потискает ее самую малость, чтобы преподать ей урок.
Чертовски нахальная девица — да к тому же еще и англичанка, впрочем, это как раз и неудивительно, коль скоро он находится в Лондоне. Однако он всегда полагал, что английские девушки более сдержанны, более скромны. Но только не эта особа.
— Тогда до завтра, — выпалил он поспешно и удалился, прежде чем Алике смогла завершить атаку.
Разыскав в толпе Брасса, он бесцеремонно потащил его прочь из театра.
— Ради Бога, оставь свои жалобы! Я намерен отвести тебя подальше от всех этих красоток, которые забирают все твое внимание, чтобы ты объяснил мне, что здесь, черт возьми, происходит. Сдается мне, что именно ты придумал всю эту дурацкую шутку, и я желаю знать, зачем ты напустил на меня эту девицу. От ее нахальства у меня голова до сих пор идет кругом.
Алике видела, как известный ей Колин Кинросс чуть ли не силком выволок Брасса из фойе.
Она взглянула на Синджен, увидела, что та тоже глядит вслед шотландцу, и безошибочно заключила, что золовка думает о нем совсем не так прозаично, как она сама.
— Интересный джентльмен, — заметила Алике, чтобы начать разговор.
— Интересный? Не будь смешной, Алике, это слово совершенно к нему не подходит. Он прекрасен, прекрасен как Бог! Ты видела, какие у него глаза? А как он улыбается, как говорит, это просто…
— Да, дорогая. Пойдем, нам пора.
