Вы со мной согласны, кузен Макдуф?
Кузен Макдуф счел за лучшее промолчать и только вопросительно посмотрел на Колина. Колин спокойно ответил:
— Мы обсудим это, когда я вернусь.
Синджен раздавила вилкой картофелину и перенесла все свое внимание на убранство столовой своего нового дома. Оно было намного приятнее, чем ее соседи по столу.
Большой столовый зал, построенный в стиле, господствовавшем во времена Тюдоров, был полон очарования, чему Синджен немного удивилась. Он был длинный и узкий, и его стены были почти сплошь увешаны фамильными портретами.
Огромный стол темного дерева и такие же тяжелые темные стулья, украшенные изысканной резьбой, были на удивление удобны. Портьеры, закрывавшие ряд высоких окон на фасадной стене, выцвели и залоснились от старости, но было видно, что в свое время на них пошла материя самого отменного качества, а ее цвет был просто великолепен. Синджен подумала, что купит для новых портьер точно такую же роскошную золотую парчу.
— Замок Вир — самый красивый дом в нашем графстве, — заметила Серина.
Синджен улыбнулась ей.
— Он настоящее чудо, — с воодушевлением согласилась она.
— Но это чудо рушится прямо нам на головы, — язвительно заметила тетушка Арлет и без всякой паузы добавила: — Вряд ли Колин уже успел сделать тебе ребенка.
«Ну и ну, — подумала Синджен, — вот уж поистине прямой разговор — прямее не бывает».
Она услышала стук вилки, упавшей на тарелку, и, повернувшись на этот звук, увидела, что Колин с негодованием смотрит на свою тетку.
Да, тетушка Арлет явно зашла слишком далеко в своей бесцеремонности, но, поскольку Колин уже заговаривал на эту тему, Синджен смутилась теперь куда меньше, чем в первый раз.
— Нет, не успел, — вежливо ответила она.
— Тетя, не забывайте: здесь же дети, — сказал Колин."
"— Мы не хотим, чтобы здесь жили ее дети, — вмешался в разговор Филип. — Ведь ты же не допустишь этого, правда, папа? У тебя есть я и Далинг. Тебе не нужны другие дети.
— Мы их ни за что не полюбим, — подала голос Далинг.
— Они будут такими же уродами, как она.
— Ну-ну, перестань, — смеясь, сказала Синджен. — Они могут родиться такими же красивыми, как твой отец. И потом, Далинг, ты же признала, что мои шербрукские голубые глаза и шербрукские каштановые волосы весьма недурны.
— Потому что ты меня заставила, — сказала Далинг, воинственно выпятив нижнюю губу.
— Истинная правда. Я вывернула тебе руку и исколола булавкой твой курносый нос. Ясное дело — ведь я злая мачеха.
