Там какая-то особенно крутая программа, так что выбора, как ты понимаешь, у тебя нет. Не будь занудой!
- О чем речь? - подсел к нам Пьер.
- О Хэллоуине. Мы с Кариной идем сегодня по магазинам подбирать костюмы. Хочешь с нами? - глазом не моргнув, протараторила подруга. - Кстати, а кем тебе хотелось бы быть на Хэллоуин?
- Адекватным человеком, - пробубнил Пьер.
Я хихикнула и дружески его обняла:
- Вот кто меня понимает! - но, видя расстроенные глаза Марины, добавила, - Ладно, пойдем мы на твой шоппинг. Да, Пьер? Но чисто за компанию.
На Хэллоуин лично я не собираюсь, даже не уговаривай. В этом году я пас - хватит с меня переодеваний.
Пьер вопросительно приподнял бровь, Мари хмыкнула, а я сделала вид, что готовлюсь к следующей паре
4."
"Выход пятый
Максимилиан
Скорость - это все, что мне сейчас нужно. Пустая трасса позволяет до упора вжать педаль газа в пол. Врывающиеся через открытое окно потоки воздуха больно бьют по лицу, охлаждают голову и сердце. Пульс на пределе - там же и стрелка спидометра.
Я не знаю, сколько времени еду так, в никуда. Телефон разрывается от звонков Виолы. Но я не готов ответить...
Дьяволенок, что ты сделала со мной?..
Идея позвать Карину на презентацию возникла в моей голове спонтанно. Я слишком нервничал по поводу того, как мое творчество воспримет общественность. Боялся также, что настоящее имя каким-то образом выплывет наружу. Ведь тогда отец сделает все, чтоб утопить меня еще до того, как я хотя бы приближусь к поверхности литературного мира.
Он всегда был против моего увлечения стихами, желал для меня ""лучшего"" будущего: какого именно, лишь ему было ведомо.
Благодаря поддержке матери я все же поступил на филологический факультет. Вопреки отцу. Но после ее смерти Анатолий пригрозил лишить меня наследства, если не получу юридическое образование, причем непременно за границей. Он утверждал, что знание законов защитит нас и наше издательство ""от разных проблем"".
Но я подозревал, дело не только в этом - отец стремился убрать меня с глаз долой.
Он просто не мог изо дня в день видеть в собственном доме виновника той ужасной трагедии, которая унесла жизнь его жены... И был прав. Этот тяжелый груз душит меня по сей день...
Пока я отбывал свою ссылку вдали от дома, в жизни Анатолия появилась Виола. Я не вникал в подробности их отношений, но когда, отучившись, вернулся на родину, то увидел семейную идиллию.
Да, я не сразу принял Виолу, считал, что папа таким образом предает память матери.
