— И какая же у меня роль? — решила прояснить больше для себя. — Твоего инкубатора?
— Моей любовницы, — изогнул он одну бровь. — И ты сама на это согласилась.
— Я помню, — ответила я.
— Тогда какого чёрта я вижу тебя выходящей из кафе с Савельевым?
— Мы встретились случайно.
— Придумай что-нибудь поинтереснее, — сузил глаза Влад.
— Я ничего не придумываю, — нетерпеливо дёрнула я подбородком, но жёсткие пальцы не собиралась его выпускать. — Ты ревнуешь? А, Реутов?
Карие глаза тут же вспыхнули племенем.
Зря я задала этот вопрос, и, похоже, все же угодила в цель.
— Ревную, — ответил он так же негромко и с нотками льда в голосе. — Потому что ты моя, Ленуся. И трахать тебя буду только я. Ты поняла меня?
Неприятно было слушать. Опять говорил со мной, будто я вещь какая-то.
— Поняла, — отозвалась я, когда пальцы сжали кожу подбородка сильнее, требуя ответа.
— Савельев будет уволен. А если я увижу ещё кого-то возле тебя — отвечать будете оба, и уже не работой.
— Зачем увольнять? Я же отказалась с ним идти.
Чувство, что кто-то лишится работы из-за тронувшегося на мне руководителя, было не самым приятным. Теперь никому со мной и заговорить нельзя, если он не женщина? Влад прямо требует, чтобы я пресекала любые попытки общения со мной лиц мужского пола, иначе и я отвечу за это. В голове всплыла картинка сцены с его водителем, когда Реутов запретил ему со мной говорить, пока везёт в особняк.
Господи, он ещё и ревнивец маниакальный…
— Чтобы запомнила хорошо.
— Я и так тебя прекрасно поняла, — устало ответила я.
Как я устала быть послушной марионеткой в его руках, но мне некуда деваться.
— Уверена, что поняла? — переспросил он с ядом в голосе.
— Уверена.
— Ну хорошо.
Мужские пальцы отпустили мое лицо, и Реутов встал со стола. Снял с себя пиджак, бросив его в своё кресло руководителя. Вернулся ко мне и развернул кресло вместе со мной к себе.
От неожиданности вцепилась пальцами в обивку. Подняла глаза вверх, услышав стук бляшки ремня и звук молнии на брюках. В недоумении смотрела на него, пока Реутов освобождал от белья налитый до отказа член, стоя почти вплотную ко мне.
Дыхание сбилось, от волнения, от всей этой ситуации, от порочности момента. Член возле моих губ жутко смущал, будто я никогда этого не делала. Делала, но только мужу и не особенно часто.
