— Разве?… — скользнув свободной ладонью по ровному позвоночнику, зарываюсь носом в открытую ложбинку груди. Вдыхаю одуряющий запах её кожи и улетаю, ощущая, как по спине девочки слетает дрожь.
Бля-я-я-дь…
Член продолжает стоять колом."
"— М-макс… Анд-д-ре-еч… — задохнувшись, девочка стискивает мои виски предплечьями. На фоне её учащенной речи начинаю слышать свой зашкаливающий пульс. — П-прекратите… Я могу уронить инструменты… они стерильные.
Оставляю без внимания её просьбу, целую одно из полушарий.
— М-м-м… Как вкусно ты пахнешь, Ванька…
Мой голос окончательно садится под воздействием похоти.
«Тройка» у неё зачетная. Не отказываю себе в удовольствии пройтись по ложбинке языком, а затем легонько царапнуть зубами торчащий под рубашкой сосок.
Вздрагивает, издавая невнятный жалкий всхлип.
Вскидываю ошалелое лицо, встречаясь с таким же взглядом.
— Вы… вы просто… вы…
— Кто? — прерываю её сбивчивую речь.
— Маньяк! Нервно-психованный. Вот вы кто!
Пропускаю мимо ушей гневный выпад девчонки.
На фоне стресса можно и не такое отмочить. Сам в шоке от того, какую дичь я творю. Не должен, но тормоза отказали. Отец, Кристина, Илья — все внесли свою лепту в моё нынешнее состояние. Что называется, сделали мой вечер. Масла в огонь добавила триггерная рубашка, на которую, к слову, мне уже плевать… Потому что с девочкой на эмоциях я действительно перегнул. Попала Ива под горячую руку. Вот и всё.
— Штопай, Ваня, пока я тобою пьян… — глубокомысленно хмыкнув, фиксирую голову в вертикальном положении.
Руки свои для нашей общей безопасности убираю с её бёдер. Цепляюсь пальцами за края столешницы и терпеливо жду.
— Я не могу… — сопит как надутый ежик.
Смешная она. Нет в ней жуткого занудства. Даже при таких экстремальных обстоятельствах девочка держится молодцом.
— Соберись, — чеканю твердо. — Я даже руки от тебя убрал. Буду держаться за мрамор, чтобы не оставлять на твоих ножках синяков. Что там тебе нужно сделать?
— Подцепить пинцетом края раны. Это больнее, чем прокол.
— Цепляй. Как-нибудь потерплю, — заверяю, глядя ей прямо в глаза.
— Максим Андреевич?… — в полной нерешительности кусает губу. Взглядом даю понять, что жду от нее вопрос. Сглатывает, но чуть помедлив, продолжает: — Прежде, чем я начну, можно попросить вас об одолжении?
— Проси, — досадливо вздыхаю. Не люблю, когда тянут кота за причинное место.
— Я не хочу с вами спать, — проговаривает, смущённо опуская глаза. — То есть… Ну вы поняли, о чем я.
Понял. Не тупой.
