От очередного эмоционального всплеска в горле образуется ком.
— Конечно, — коротко отвечает Макс, а затем уводит меня к машине.
Мы спускаемся по ступенькам во двор. На улице сыро. Мартовский холод пробирает до костей. Моросит ледяной дождь со снегом. Неприятно и зябко.
Меня еще больше накрывает. Тоска буквально съедает изнутри. Тянет обратно вернуться в дом. Нырнуть с Максом под теплое одеяло и никуда не уходить. Спрятаться с ним от непогоды и от всего мира за этими надежными стенами. Но это невозможно.
Увы. Обстоятельства складываются против нас…
— Осторожно. Здесь можно навернуться, — предупреждает Пожарский как раз в тот момент, когда я умудряюсь поскользнуться на последней ступеньке. Взвизгиваю, теряя равновесие, и заваливаюсь в руки Макса. Вцепляюсь в него мертвой хваткой, да так, что пальцы немеют. Часто дышу, разглядывая в утренних сумерках обеспокоенное лицо.
Какой же он все-таки притягательный и опасный…
Взрослый, сильный мужчина. И чужой…
— Держу, — спешно озвучивает Максим.
Поднимая, ставит меня на ноги.
— Подошва скользкая… — выдыхаю ему в шею, думая о том, что сегодня с пируэтами прям перебор. А затем прикрываю глаза. Вместе с прохладой втягиваю его запах. Чувствую исходящий от кожи жар.
Бож-ж-же, какой он горячий…
Чужой мужчина не пахнет родным. А Макс пахнет одуряюще. Убийственно пахнет. Совсем не так, как его младший брат.
Вдыхая, я влюбляюсь ещё больше. Привязываюсь сильнее.
Не сдержав порыва, касаюсь губами его шеи.
Пожарский замирает, а меня дурманом окутывает. Теряю контроль. Скольжу кончиком носа вдоль вибрирующей артерии. Пульс у него зашкаливает, как и мой. Прихватываю губами кожу…
— Малыш… — Его пальцы впиваются мне в бока. Вонзаются в ребра стальной хваткой, держат крепко. — Купим тебе новые сапоги. С хорошей подошвой… самые лучшие… Ива… всё будет… всё… — мелет что-то невпопад. Я едва разбираю смысл доносящегося шепота. Чувствую, как его губы мажут по моей щеке, тяжелое дыхание опаляет кожу.
Обхватив затылок пятерней, Макс вжимается в мои губы своими. Атакует жестким поцелуем. Его язык грубо врывается в мой рот, терзает, подчиняя и лишая воли. Я вся сжимаюсь внутри и горю. От всплеска адреналина колотит. Разум мутнеет, проигрывая животным инстинктам. Отвечаю с не меньшей страстью, обнимая его за талию. Забираюсь продрогшими ладонями под пуловер. Макс вздрагивает. Кожа у него горячая, приятная, гладкая. Обжигает, как печка.
