Интересно, лорд Роули догадался о маскараде?
Этот вопрос не давал ей покоя – как больной зуб. Но скорее всего, у нее просто разыгралось воображение…
Краем глаза она заметила его высокую фигуру – он направлялся по внешнему проходу в глубь театра. Наверное, решил сделать круг и стать в конец очереди.
Или нет?
Герти же сидела в тени последнего ряда и наблюдала за происходящим. К ужасу Мадди, лорд Роули примостился рядом со служанкой и затеял с ней разговор. Интересно, что он мог ей сказать?
Несмотря на хорошую акустику, Мадди не могла разобрать ни слова из их беседы.
По крайней мере, напряженная поза Герти свидетельствовала о том, что она не поддалась его чарам.
– Эй, вы там!.. – раздался обиженный голос мистера Джералда Дженкинса. – Нам что, стоять здесь всю ночь?!
Взглянув на него, Мадди увидела, что он пробивался к ней поближе.
– Прошу прощения, сэр. Ваше предложение с вами? Не будете ли так любезны, положите его вон на ту скамью.
Дженкинс швырнул на скамью сложенный лист, запечатанный красным воском.
– Позаботьтесь, чтобы мисс Суонн получила мое предложение первым, – проворчал он.
За это, решила Мадди, она выкинет его в мусорную корзину и вычеркнет мистера Дженкинса из списка претендентов. Она не сможет терпеть общество столь надменного дурака.
– Я не в том положении, чтобы давать указания моей хозяйке, – сказала она. – Следующий, прошу!
Вперед выступил маркиз Харрингтон. С каштановыми волосами и непримечательными чертами лица, он производил впечатление человека довольно мягкого – такой не станет причинять неприятности.
Кроме того, она знала, что маркиз – человек весьма образованный. Следовательно, она сможет беседовать с ним на самые разные темы.
Он раскрыл свою книгу и показал ей подписанный форзац.
– Я хотел преподнести этот трактат по астрономии мисс Суонн, ибо она сияет ярче всех звезд на небе.
Мадди едва удержалась от смеха. Такую мелодраматическую бессмыслицу она встречала только в самых скверных сценариях. Но нельзя было смеяться, когда он выглядел таким серьезным.
– Эй, послушайте! – воскликнул молодой человек в середине очереди. – Меня не предупредили, что можно дарить всякие безделушки. Это не очень честно по отношению ко всем нам.
Остальные одобрительно зашумели. Господа в конце очереди начали весьма агрессивно напирать на передних.
Почувствовав всеобщее недовольство, Мадди вынуждена была признать их правоту.
– Вы очень добры, милорд, – сказала она лорду Харрингтону.
