Упершись руками в свои тучные бока, Герти сказала:
– Просто скажи этому лорду Данему, что ты – его кузина. Может, он тогда перестанет докучать тебе.
– Это не поможет. Ты не видела выражения его глаз вчера.
Мадди содрогнулась при воспоминании о насильственном поцелуе. В другой раз она вряд ли сумеет от него отбиться.
У нее имелась еще одна причина держать в секрете их родственную связь. Если он узнает об этом, то непременно скажет своему деду – их общему деду, – и это лишит ее возможности застать герцога Хутона врасплох.
Когда же аукцион состоится, у нее будет время подумать о том, как свести с дедом счеты на глазах всего общества…
Но Герти ничего этого не знала.
Мадди встала с табурета, подошла к горничной и погладила ее большую заскорузлую руку.
– Сегодня все пройдет хорошо, вот увидишь. Вскоре у меня появится прекрасный собственный дом. Ты мне очень поможешь, если согласишься стать моей личной горничной. – Мадди помолчала, всматриваясь в такие знакомые черты пожилой женщины. – Или ты предпочтешь остаться здесь, с труппой?
– Что за вздор?! Я тебя никогда не брошу! Ни за что! Я обещала твоей матушке, когда она умирала.
Мадди крепко обняла верную Герти.
– Спасибо, моя дорогая. Ты не представляешь, как это важно для меня.
Герти снова фыркнула. Но ее карие глаза светились нежностью.
– Что ж, надеюсь, что в будущем тебе не придется сожалеть об этом, – проворчала она.
* * *Спустя некоторое время, тяжело опираясь на палку, Мадди шаркающей походкой вышла из-за кулис на сцену. У артистов и вспомогательного состава труппы был в этот день выходной, и ей разрешили в последний раз воспользоваться помещением.
Около десятка джентльменов уже разместились на скамейках в партере затемненного зала. При появлении Мадди возникло легкое оживление, тут же сменившееся безразличием. Для них это была всего лишь старая служанка, не представлявшая интереса.
Пока все шло по плану.
Остановившись – якобы для того, чтобы перевести дух, – Мадди попыталась как следует рассмотреть собравшихся претендентов.
Некоторые переговаривались, но большинство оценивающе разглядывали друг друга – как петухи перед боем.
А что еще им оставалось делать, ведь только один из них станет ее любовником.
Мадди мысленно улыбнулась, но тут же почувствовала, что ужасно волнуется. Сумеет ли она сделать правильный выбор? Кто из них сделает наиболее привлекательное предложение? Кто подойдет ей больше других? Кто будет исключен?
Впрочем, одно имя она уже вычеркнула из списка.
