– А он похож на мать? Или… на того лакея?
– С первых дней Нейтан был вылитая Камелия – черные волосы, зеленые глаза. И вел себя так же – дерзко и нагло… – Граф вздохнул. – И зачем я рассказываю тебе все это?.. Ты не имеешь права вмешиваться…
– Имею, – перебила Мадди. – Нейтан – мой муж. Я люблю его и не хочу, чтобы он уезжал из Англии. Уверена, что и вы не хотите.
– Как я уже сказал, не в моих силах его остановить.
Мадди подалась вперед, поставив локти на письменный стол.
– Неужели вы так быстро сдадитесь? Нейтан до сих пор страдает из-за всего произошедшего с ним в прошлом.
Это отчуждение между вами уходит корнями в его детство. Из того малого, что он рассказал мне, явствует следующее: вы обращались с ним жестоко, совсем не так, как с его старшим братом. – Мадди помолчала, но герцог не произнес ни слова, и она продолжала: – Но даже если Нейтан вам не родной, все равно обстоятельства его рождения нельзя вменять ему в вину. Вы в любом случае должны были стать для него любящим отцом.
Он ведь был всего лишь ребенок… И не заслуживал вашей ненависти.
Мадди умолкла. Она не надеялась на многое. Граф Гилмор был гордым человеком, не терпящим вмешательства в свою личную жизнь. Вряд ли он внемлет увещеваниям снохи. И уж тем более никогда не признает собственных ошибок.
И все же, к ее удивлению, она увидела, что в его глазах блеснули слезы. Граф уронил голову на руки и тяжело вздохнул.
– Мне тяжело это говорить, – произнес он с трудом. – Но, вероятно, я был несправедлив к нему.
И теперь хотел бы все исправить. Если еще не поздно."
"Мадди чувствовала величайшее облегчение. Ох, даже не верилось, что граф внял ее мольбам…
– Никогда не бывает поздно. Если бы вы могли поговорить с ним, протянуть ему руку примирения, тогда, возможно, сумели бы убедить его…
– Что такое? – раздался язвительный голос Нейтана, стоявшего в дверях. – Заговор?..
Мадди вздрогнула и, повернувшись, увидела своего мужа. А тот решительно вошел в библиотеку и остановился, немного не доходя до стола.
Взглянув на графа, он продолжал:
– Я пришел сюда в поисках Гилмора – и кого тут обнаружил? Мадлен. Как пить дать, наябедничала о моем отъезде. Как быстро ты переметнулась на другую сторону. Ну да, теперь ты голубых кровей…
Помрачнев, граф поднялся на ноги.
– Нейтан, не говори со своей женой с таким неуважением.
– Я научился этому у тебя, отец. Я рос, слыша, с каким презрением ты обращался к моей матери.
