Если бы она научилась сдерживать темперамент, то очень легко стала бы открытием сезона, и ему не нужно было бы заставлять людей думать, что в ней есть тайное очарование, которое пока раскрыл только он один.
— Почему в таком случае я ничего не слышал об этом происшествии? — Пришло время и ему внести лепту в разговор. — Ведь если драка происходила на улице, да еще и с привлечением слуг из нескольких домов и горстки… грубиянов…
— Ох, до этого не дошло. К счастью, Мистер Криммер поскользнулся на мостовой и упал, увлекая за собой противника, который оказался сверху.
Несколько мгновений он был совершенно ошеломлен. А может, у него сперло дыхание. Во всяком случае, я именно так полагаю, принимая во внимание, что его оппонент, скажем так, вовсе не легкий, как перышко. — Генриетта снова лучезарно ему улыбнулась.
Дебен рассмеялся, представив себе эту картину, и тут же удивился тому, как редко он смеется — искренне смеется, — потому что ему весело. Очень немногие люди обладали подобным чувством юмора.
И еще меньшее количество вообще догадывалось, что оно у него есть. Он осознал, что мисс Гибсон сумела проникнуть за его внешнюю оболочку, дальше которой другие люди не способны видеть, и пробилась прямиком к человеку… Нет, не к тому, кем он был в прошлом или кем хотел бы быть, а к тому, возможно, кем он стал бы при ином стечении обстоятельств.
— Как бы то ни было, прежде чем бедняга мистер Криммер вновь обрел дар речи, его противник-грубиян провозгласил себя победителем, поднялся и зашагал прочь, уведя с собой друзей.
— Короче говоря, — подытожил Дебен, с притворно невинным видом рассматривая кончики пальцев, — гак и не поквитавшись с противником и лишив вас увлекательной развязки.
— Вы… я… — Генриетта резко захлопнула рот. — Я не позволю вам снова вывести меня из себя, — решительно заявила она. — Потому что вы предупредили меня, на что это будет похоже. Во всяком случае, для Милдред и мистера Криммера все закончилось хорошо.
— Великий боже, — раздраженно воскликнул Дебен, — неужели вы из тех людей, кто в каждой дурной ситуации ухитряется отыскать что-то хорошее? Сначала вы демонстрируете устаревшее понятие о морали, а теперь, похоже, начинаете страдать от приступа безудержного оптимизма.
— Ну что ж, — весело ответила Генриетта, — раз вы не хотите слушать окончание истории, я, естественно, не стану дольше утомлять вас своей болтовней. — Она сделала движение, будто намереваясь уйти.
— Нет-нет, ничего подобного.
