Вот гад!
— Ненавижу! — прошипела я на этого сероглазого остолопа. — Кто вас просил рот открывать?
— Так я же отдать ваше пытался, — ощерился он довольно.
— Я тебе еще припомню! — прошипела змеей.
— Непременно! — Он издевательски приподнял темную бровь.
— Кажется, общего увлечения, Сэтт, наши дети не найдут, — резюмировал отец.
— Ну почему же, папа, — возразила я, — мы вполне можем увлекательно держаться друг от друга подальше.
— Зачем же? — Генерал снова криво усмехнулся. — Мне все понравилось. Я за знакомство, за дружбу!
— Корова тебе подруга! — прошипела я так, чтобы услышал только он.
— Какая ты вспыльчивая, прямо огонь! — Он повел носом и нахмурился.
Запахло дымом...
— Айла! — Подлетев ко мне, отец дернул за руку и сдвинул в сторону.
На полу красовалось черное пятно копоти.
— Простите... — промычала я, глядя, как оно продолжает увеличиваться. — Я нечаянно...
— Сэтт, — отец тяжело вздохнул, — я ущерб возмещу...
— Да, какой ущерб, брат, — хохотнул дядя. — Ну, вспылила девочка. Смотрю у нее в крови настоящее пламя.
Все равно здесь пора делать ремонт. Айла меня к нему только подтолкнула.
— А вы к нам, дядя Захарий, надолго? — Этот Хэйл улыбнулся так широко, что продемонстрировал белые зубы.
— Да пока невесту не выберешь, — без задней мысли произнес отец, разглядывая поврежденный пол.
— А-а-а, так вы к нам насовсем! — Хэйл приподнял бровь.
— Глядя на вас, генерал, думается, что да, — припечатала я его.
— Айла! — отдернул меня папа. — Да что с тобой? Ты на себя непохожа.
Что за странная реакция на Хэйла?
Я умолкла и покосилась на этого невозможного мужчину. Теперь понятно, чего его женить не могут. Тут только избранная поможет. Ни одна другая дурочка под такого не подпишется.
— Я надеюсь, брат, ты все-таки надолго, — дядя отчего-то довольно просиял. — Пора уже женить наших детей.
Все же странный он. Мы тут грызню затеяли, кабинет ему испортили, а он сияет от счастья как начищенная золотая монетка.
— Удачи вам, дядя Сэтт, — взглянув на мужчину, я печально вздохнула.
— Вы подумайте, может, проще вам самому поджениться. Ну, просто... это как бы более реально, чем…
— Айла! — папа шумно выдохнул.
— Я же от чистого сердца!
— Иди к брату, язва… — он покачал головой. — И пересмотри линию своего поведения. Я всегда гордился твоим умением держать лицо. Но что я вижу сейчас, Айла?! Это недопустимо, дочь!
Пожав плечами, я еще раз взглянула на черное пятно на полу и поплелась на выход, утаскивая с собой ценную книгу.
