Спускаясь по лестнице, я несла перед собой две вешалки с мужскими сорочками. Одна, белоснежная с жабо, делала моего братца похожим на утонченного профессора, полностью поглощённого в науку и отрешенного от реальности. Собственно, он им и являлся, так что тут полное соответствие. Вторая сорочка, черная с красным нашейным бантом... хм... да в принципе и в ней он был похож на сухаря, пускающего в свою постель только талмуды по научным дисциплинам.
Печально выдохнув, я перегнулась через перила и вовремя пресекла попытку к бегству.
"
"— Я вижу! Стоять! Не раздражай меня, братец. Ты должен выглядеть как конфетка, — я потрясла вешалками, — и я ее из тебя вылеплю.
— Айла, — Ульви печально вздохнул и, обернувшись, пригладил копну непослушных вечно торчавших в разные стороны волос. — Да отстань уже от меня! Мне все равно что я надену. Понимаешь, когда я разрешил тебе собрать и мою дорожную сумку в поездку, я по наивности души предполагал — это избавит меня от проблем, а не прибавит их. Ты лучше скажи — книги мои сложила?
— Выкинула, — легко отмахнулась от его нытья.
— Они занимали треть чемодана. Дома почитаешь, а там ты должен красоваться и искать невесту!
— Айла! — он окончательно скис и взглянул на меня щенячьими глазами.
Вот только не в этот раз! Приподняв бровь, фыркнула и, вытянув руки вперед, жестом головы приказала выбирать.
— Сестричка, ну не будь такой...
— ... милой, заботливой и вечно думающей о твоем благе, да? — закончила я за него с ехидцей. — Какую рубашку, я тебя спрашиваю? У тебя три секунды, чтобы ответить.
Иначе я сама решать буду, потом не обижайся...
— Да, закинь обе... — жалобно протянул он.
— Не могу, — я сделала большие глаза. — Ты хоть представляешь, насколько это важно?! Если черная сорочка, значит, я пакую серебряный тройной ансамбль с отделкой шелковыми нитями по манжетам. А если белый, то тогда это уже...
— А-а-а, Айла! — взвыл Ульви. — Да отстань ты от меня со своими ансамблями. Не я там жених, а брат! Я тебя всеми богами заклинаю, не бегай за мной с рубашками и верни мне мои книги.
..
— Облезешь, братец, — я встала в позу, возмущенная такими речами. — Я или найду твою избранную, или… Да, какой или?! Я тебя женю, прохвост ты эдакий, и спалю всю твою библиотеку!
— Я слишком молод для женитьбы, — он схватился за сердце одной рукой, за томик по анатомии лошадей второй и сделал стратегический отступающий шаг по направлению к лестнице, ведущей в его святая святых — кабинет.
— Не-а, — я прищурилась. — Не выйдет, Ульви.
