Через красную пелену на глазах я смогла разглядеть такое родное любимое лицо.
Хэйл! Он выглядел почти как прежде. Только чешуек больше... Значит, я смогла...
Эта была последняя моя мысль. Сознание окончательно померкло.Глава 29
Тепло. Эта первая мысль, которая вспышкой возникла в моей голове. Приоткрыв глаза, моргнула и уставилась на высокий потолок. В комнате царил полумрак. Чуть скосив взгляд, осмотрелась. Обстановка казалась незнакомой. Дорожные сундуки, два письменных стола. Гардеробный шкаф намного больше моего.
Дверь на террасу...
Хм...
Я снова глянула на шкаф... Он был смутно знаком.
В голове вспыхнуло воспоминание — я, подглядывающая за Хэйлом и служанкой. Тогда он стоял у такого. Та же резьба на дверях.
Выходит, комната моего дракона.
Улыбнувшись, уже спокойнее взглянула в сторону террасы. Над изрядно поредевшими кронами плодовых деревьев пострадавшего сада разгоралась яркая бордовая полоса.
Закат или рассвет?
Наверное, все же утро.
Прислушавшись, уловила лишь шум ветра, доносящийся снаружи, и странное тихое позвякивание.
Это заинтересовало. Повернув голову, обнаружила с другой стороны кровати смутно знакомого мужчину в годах. Он тщательно размешивал зеленый порошок в воде. Это ложечка, ударяясь о стенки глиняной кружки, издавала этот тихий мелодичный звук.
Видимо, мне готовили лекарство.
Мой взгляд снова прошелся по мужчине. Целитель. Да, я видела его у матушки. Значит, со мной не все хорошо, раз он здесь.
Открыв рот, ощутила резкое першение. В горле страшно пересохло.
Тихо закашлявшись, сглотнула, но легче не стало.
Целитель обернулся на лающие звуки и уставился на меня.
— Ора Айла, — он как-то слишком радостно расплылся в улыбке, — вы наконец пришли в себя. Долго же вы спали. Третий день добудиться не можем.
— Так долго... — я сипло прохрипела и снова прокашлялась.
— Да, переволновались все, — мужчина закивал и опустил взгляд на пол.
Это мгновенно насторожило.
— И почему я так долго спала?
— Физически с вами все нормально, вы не пострадали...
— Физически? — резко перебила я его.
— А магически?
Он замялся. Кадык мужчины дернулся.
Так, кажется, я задала тот самый щекотливый вопрос.
Закрыв глаза, прислушалась к себе. Дар молчал. Совсем.
— Выгорела? — Слишком уж быстро я сообразила, что это значит.
— Не совсем, ора. Это неполное выгорание. Я был с вами все эти дни. Ваш брат помогал мне, — затараторил он, словно опасаясь моей истерики. — Всполохи остались. Да, дар ничтожно мал, но он есть и со временем...
