— А Захарий мне все: «не может этого быть, этот бесчувственный сухарь неспособен на чувства»
— Он не сухарь! Он очень даже... — я снова запнулась.
— Целовал? — мама прищурилась, а я покраснела. — Милая, между нами никогда не было тайн.
— Целовал, — призналась я, — и обнимал. Я не понимаю себя, мама, и тянет к нему и страшно разочароваться.
— Мне понравился этот мужчина, чтобы там папа не говорил. Суровый, да. Прямолинейный, гордый, высокомерный. Чуточку наглый, чего скрывать, но это даже хорошо. Может, встряхнет тебя наконец и вытащит на свет.
— Мама, ну я ведь не затворница.
— Что ты, что Ульви... Я порой думаю, когда упустила вас...
В комнате повисло молчание.
Мама убрала с подушки тарелку с виноградом, отщипнув себе несколько ягод, и принялась изучать мою постель.
— А кровать у тебя мягкая какая, у меня куда жестче. Это перины пуховые не иначе.
Встав, она откинула одеяло.
— А это что? — В ее руках оказалась злополучная куртка генерала. — Айла? А я чего не знаю! Он что скомпрометировал тебя?! А где браслет! Он должен немедленно надеть тебе его на руку.
Айла!
— Мама, — я забрала у нее вещь своего мужчины. — Мы разговаривали на террасе, было прохладно, и он накинул мне ее на плечи. А я забыла отдать. Вот и лежит.
— Не заговаривай мне зубы. Я немедленно зову отца! Хэйл на тебе женится и точка!
— Женюсь, тетушка, — послышалось со стороны террасы, — только вы так громко не кричите, снизу все прекрасно слышно. А у кумушек уши как у сов. Куртка моя.
Айла тоже моя. Уговорите ее признать нашу связь, и я прямо сейчас надену на нее браслет. Но я ее не трогал. Вы меня за кого принимаете?
— Прости, Хэйл, — маму как-то отпустило, — просто твоя вещь...
— Не хотел, чтобы Айла мерзла, — он тепло улыбнулся. — Я вижу вам лучше. А причину недомогания уже озвучили?
— Нет, — мама смутилась, — потом, чтобы не наводить смуту. Все же деликатное дело.
— Мама! Что за причина?
Я тут же забыла о том, что обнаружила эта неугомонная женщина, и даже о том, что, кажется, Хэйл нас подслушивал.
Проходимец такой!
— Да ничего страшного, милая, но... дела женские. Все потом, я так надеялась, что мы найдем тебе жениха.
— Ну так вы его и нашли, — усмехнулся Хэйл. — Но не буду вам мешать.
Развернувшись, он отошел от двери на террасу.
— Я и забыла, что он живет через стенку, — шепнула мама. — Но заболталась я. Ужин, наверное, уже принесли, пойду я...
— Мама, а что за причина?
— Потом-потом, родная.
