Все сплю!
А внизу гремел скандал.
Грохот. Глухой звон глиняного графина. Тонкий голос мамы. Но она явно не защищала сыновей. Ей вообще до детей дела не было. Вырастить и продать — вот и все, что ее заботило.
Скорее всего, выскочила на звон, чтобы уберечь свою кухонную утварь.
В какой-то момент хлопнула входная дверь и возмущенные голоса братьев послышались со двора.
Это было очень плохо для меня. Отец явно еще не успокоился и сейчас начнет искать новую ""жертву"".
Шаги на лестнице. Я замерла как кролик и затаилась.
Отец прошелся по коридору до комнат Льяма и Вияма. Остановился. Снова что-то загремело.
Шаги и скрип теперь уже у моей двери.
Я прикусила губу, если вспомнит обо мне, всю ночь гонять по дому будет. Убираться заставит. Все что угодно, лишь бы при деле была. И все равно что приличным девочкам в такое время спать полагается.
Отец вошел.
— Айла, — рявкнул он, — а ну, иди вниз полы мести. Там бардак! Что я в грязи жить должен!
Я молчала и делала вид, что вижу десятый сон.
— Я тебе что сказал, соплячка?! — он подошел ближе к кровати и дернул одеяло. — Спишь, что ли?!
Я не реагировала, забыв, как дышать.
—А ну, вставай! — проорал он мне на ухо, обдавая смрадным запахом перегара. — А не то я с тебя три шкуры за лень спущу. Так хворостиной отхожу — лежать не сможешь!
И в этот момент меня спас Токи. Услышав братьев, он громко залаял на них. В ответ в него полетело что-то мягкое судя по удару.
Отец подошел к окну и выглянул.
— Ты что, щенок, капустой разбрасываешься? А ты ее растил?
— А ты вырастил, что ли? — огрызнулся Виям.
— Ну я тебя сейчас...
Развернувшись, отец быстро покинул мою комнату и спустился во двор.
И снова ор.
— Да когда вы уже все успокоитесь! — я сама не заметила, как расплакалась. То ли от страха, то ли от безысходности.
Все любят свой дом! Все считают его крепостью!
Одна я готова была днями и ночами шастать на реке, лишь бы не возвращаться сюда.
На улице послышалась возня. Крики. Лай Токи.
Выдохнув, поднялась и выглянула в окно.
Братья дрались с отцом. Он прытко для выпившего человека гонялся за ними по двору, пытаясь пнуть.
Льям и Виям же, не будь дураками, бросались врассыпную, доводя его до исступления. Это было бы смешно, не будь так ужасно.
В какой-то момент Виям упал, отец ринулся на него, но тут же получил по спине капустой, которую в него запустил Льям.
Мальчишки драконили его. Доводили до бешенства. А это ничем хорошим никогда не заканчивалось.
