Видеть это разочарование в их глазах...
Этот упрек, я была не готова.
Мама хмурила брови. Сложив руки на груди, она внимательно следила за мной. Папа... Я тяжело вздохнула. Внешне он вроде и был спокоен, но сжатые в кулаки ладони выдавали его с головой. Гневается! Смотрел он вовсе не на меня. На Хэила. Рядом с сердитым отцом стоял дядя Сэтт. Но в отличие от родителей выглядел он донельзя довольным. Даже счастливым.
Я шла все медленнее, пытаясь и вовсе остановиться.
— Ты не сделала ничего дурного, Айла, во всем виноват я, — тихо произнес Хэил.
— И компрометировал тебя тоже я. Отвечать так же мне. И я к этому готов.
— Ага, как же, — шепнула я. — Хотела бы прервать танец — влепила бы тебе пощёчину и сбежала к Ульви.
— Значит, ты не хотела? — Он взглянул на меня и улыбнулся, совсем как проказливый мальчишка.
— Не вижу следа от пощечины на твоем не к месту довольном лице, — проворчав, снова тяжело вздохнула.
— Вот поэтому оно и довольное, маленькая лера. А сейчас просто молчи, отвечать за все мне.
Сглотнув, я решила, что пусть будет так.
Ну а что? Пусть он получает на орехи, а я покаянный вид сделаю — авось пронесет.
Хотя, признаться, в столь компрометирующем поведении виновата я была не меньше Хэила.
А, может, и больше.
Но... Это было словно наваждение. Одно его прикосновение, и в душе вспыхивает такое мощное, жаркое пламя чувств, что доводы разума просто сгорают в нем.
Этот серебряный дракон опасен для моего спокойствия. Очень... Безумно опасен!
Нужно ограничить с ним общение.
Вот только я должна ему два свидания! И.
.. Его рука, лежащая на моей талии, такая горячая. А его запах такой дурманящий.
Точно... Наваждение!
Пока я пыталась разобраться в чувствах, мы вплотную подошли к родителям.
— Айла, иди в свою комнату! Поговорим с тобой позже, — в голосе папы звенели нотки настоящей злости.
— Да, — я смиренно кивнула и попыталась отклеиться от Хэила, но куда там! Рука генерала еще крепче стиснула мое тело.
— Нет! — Он не выпустил меня из своего захвата. — И да, дядя, я позволил себе лишнее.
Признаю. Не стоит винить в моих ошибках дочь и тем более лишать ее праздника.
— А тебе, племянник, я прямо здесь готов ремня всыпать, — прошипел отец. — Да только ты уже давно не в том возрасте. Как ты посмел так себя вести с ней?! С моей дочерью! Кто дал тебе право на эти вольности? Кажется, твоей невестой была названа другая!
— Так это легко исправить, — вмешался дядя Сэтт. — Сейчас же объявим, что невеста Айла и все проблемы улажены.
