Я, спрятавшись за ширмой, дрожащими руками пыталась освободиться от воздушного безобразия и натянуть дорожное платье.
И когда мои злоключения закончатся? Как-то поднадоело попадать из одной неприятности в другую. Настроение было на нуле. И этот еще за ширмой…
Уходить он явно не собирался. Из груди вырвался тяжелый вздох и я не без содрогания констатировала: уйдет – снова во что-нибудь встряну.
Поправив складки на платье и перекинув косу через плечо, я пошла сдаваться.
Услышав мои шаги, зеленоглазый все с тем же невозмутимым видом обернулся.
Осмотрел и кивнул. Видимо, остался довольным тем, что увидел.
– Не сорочка – уже лучше, – лаконично бросил он. – В таком виде с тобой хотя бы можно поговорить. А когда ты голая – проблематично.
Я не знала, радоваться ли подобной откровенности.
То есть кто-то соизволил наконец-то заметить, что я обладаю привлекательной внешностью?
– Хотите со мной поговорить? – уточнила на всякий случай.
– Именно.
После того что я видела и… почувствовала, с ним не то что говорить – стоять рядом боязно.
– О… чем?
– Обо всем.
Исчерпывающий ответ.
Зеленоглазый кивнул в сторону двери.
– Пошли перекусим и…
– Нет! – закричала я и для пущей убедительности покачала головой. – Я кушать не хочу и…
– Я хочу, – перебил демон и посмотрел уже недобрым взглядом. – Вот сейчас тебе как раз нечего бояться. Со мной тебя никто не тронет. И нам на самом деле пора поговорить без эмоций. Так что пошли.
Не дожидаясь ответа, Зрак подошел ко мне и взял за руку, чуть повыше локотка.
А я…
А я очень некстати вспомнила, как у меня дрогнули ноги.
И теперь что? У меня всегда будет такая сумбурная реакция на его прикосновения? И я что вольюсь в ряды пышногрудых блондинистых почитательниц его… э-э-э… поцелуев?
Да не хочу я!
Но моего мнения не спросили. Взяли и повели дальше.
На этот раз все было по-другому.
Едва Великий Артефактор появился в обеденной зоне, к нам – к нему, то есть – бросился распорядитель.
– Чего изволите, господин Зрак?
– Кабинку. Мою, – сказал коротко и весомо.
Распорядитель раскланялся и исчез. А Зрак направился в конец залы, где располагались закрытые кабинки. Так сказать, для персон, не желающих, чтобы их лицезрели другие посетители гостиницы.
Пока я шла по залу, мои щеки пылали. Стыдно-то как! Мне казалось, что на меня все смотрят с ухмылкой. Мол, мы-то знаем…
Поэтому я первой прошмыгнула в кабинку и села в бархатное кресло. И даже руки положила на колени, как примерная девочка.
Зрак опустился в кресло напротив.
