Когда я к ним прикоснулась, он задрожал всем телом. Сразу вспомнились слова любимых предателей, что прикосновение к рогам демона – очень интимный жест. Даже родителям многие демоны не разрешают прикасаться – настолько чувствительны они у них. Нет, в сражении одно дело – рога выступают мощным оружием, сражающим соперника. А вот в супружеской жизни… Меня охватило необычайное волнение, когда я провела кончиком пальчика по черным рогам, исследуя каждую завитушку.
Великолепны – вынесла вердикт.
Ах, да…
Дрожали не только ноги.
Дрожь сотрясала все тело.
И было очень жарко.
Очень.
Все-таки мой Великий Артефактор – горячий мужчина.
* * *Я лежала на кровати и рассматривала темно-зеленый балдахин, на котором была изображена битва с морским чудовищем.
– Вот кто решил, что кровожадные картины располагают ко сну? – задала я риторический вопрос.
Зрак, завязав пояс на халате, подошел к буфету и достал графин с вином и два бокала.
– Мужская сущность, ничего не поделаешь. С детства приучают, что жизнь демона полна приключений и сражений.
Он наполнил бокалы и вернулся к кровати.
– Зрак, мне нельзя вина, – честно призналась я и села на кровати, прижимая к груди покрывало.
Когда мы пришли в апартаменты Зрака – вернее, не так, – когда он донес меня до своих апартаментов, сразу же задернул шторы, создав иллюзию сумерек. Пощадил мою девичью стыдливость, за что я была ему благодарна. Вот уж не думала – не гадала, что первая брачная ночь у меня случится в полдень.
– Почему? – удивился Великий Артефактор, но второй бокал поставил на столик."
"– Нельзя и все, – упрямо ответила я и тут же пояснила: – Оно на меня действует плохо. Пробуждает во мне бунтарство. И поступки я совершаю, за которые потом стыдно.
Дражайший супруг в удивлении приподнял бровь.
– Бунтарство, говоришь, пробуждает? Влада, детка, значит, в повседневной жизни ты не бунтарка?
Я прищурилась.
– Вы снова издеваетесь?
Он мгновенно стал серьезным.
– Не сердись. Не удержался.
Я кивнула. Мое тело еще пребывало в расслабленном состоянии, и спорить, ох, как не хотелось. Да и к чему?
– Поговорим? – а вот этот вопрос заставил напрячься.
Я настороженно посмотрела на титана, отметив, до чего же он красив.
– О чем?
– О нас.
– Может, не стоит? – надежда умирает последней.
– Влада, не будь ребенком.
А так хотелось!
– Хорошо, – в моем голосе прозвучали нотки обреченности.
Вредный демон рассмеялся и присел на край кровати.
