Да-да, сейчас он был именно тираном!
– Или что, милая? – а голос-то каким елейный сделался!
– Ничего, – насупилась я.
– Влада, не расстраивайся, мы отлично проведем ночь! – он едва сдерживал смех.
А я… Я уставилась на него, нелепо моргая.
– У нас договор! – выпалила я.
– Знаю, – Темнейший, он едва не мурлыкал от предвкушения!
– И вы его не нарушите! – я ведь не паникую?
Паниковать нельзя. Ни в коем случае. А так хотелось!
– Не нарушу, – вот отчего я ему не верю?
– Точно?
– Детка, может, перестанешь устраивать допрос с пристрастием, и мы ляжем? Спать хочется после дороги.
Я ведь не железный, и мне тоже иногда требуется сон.
Не успела я почувствовать угрызения совести, как мысли убежали в неизвестном направлении.
Великий Артефактор повел плечами и потянулся.
При этом его рельеф еще больше оголился, и моему жадному девичьему взору открылся живот с очень соблазнительными кубиками. Более того, я увидела поросль черных волос, которые убегали…
Я зажмурилась.
– Спать так спать, – пискнула и стремглав бросилась к кровати.
Вслед донесся приглушенный смех.
Ну и пусть смеется! Пусть хоть обхохочется! Его право.
А я буду спать.
Все, уже сплю.
Сейчас только устроюсь поудобнее на краешке кровати и усну.
Вот право, усну, как только закрою глаза.
Кровать с другой стороны прогнулась под тяжестью тела титана. Далее последовал еще больший беспредел – с меня стащили покрывало.
– Эй! – хотела возмутиться громко, но получился писк.
– А мне покрывало?
Зрак щелкнул пальцами, и свечи в многочисленных канделябрах потухли. Спальня погрузилась во тьму. Хорошо, что не в кромешную. Фонари, установленные по периметру императорского дворца, давали слабый свет.
– Детка, если подвинешься к середине кровати и перестанешь зависать на краю, рискуя свалиться на пол, покрывала хватит нам обоим, – в его ответе я не сомневалась.
В отличие от меня, блондинистый муж развалился на кровати, закинув руки за голову.
И на нем не было халата.
Он его снял.
Я сглотнула.
До меня медленно, очень медленно доходил факт, что я лежу в постели с обнаженным мужчиной.
Он вроде бы и не претендует на мое тело…
Даже не смотрит…
Кстати…
А почему он на меня не смотрит?
Неинтересно?!
Я, в отличие от него, спать собиралась в пеньюаре (то, что выбрала белый, воздушный и очень красивый, к делу отношения не имело).
