Я учила малышку плести венок, а она, прикусив от усердия кончик языка, старательно повторяла всё, что я ей показывала.
Огорчал только Стен. Он подходить к нам не спешил – с помощью всё той же палки издевался над Ричи, заставляя вновь и вновь притаскивать её с другого конца поляны. Хотя, должна признать, мальчишка увлёкся и на его губах играла едва заметная улыбка. Пожалуй, даже слишком увлёкся.
Я всё чаще бросала на него обеспокоенные взгляды, отмечая, что с каждым разом он всё ближе отступает к обрыву. С опаской косясь на парня, отложила недоплетённый венок в сторону, поднялась и.
.. Как раз в этот момент из-под его ног посыпались камни. Стоя спиной к обрыву, Стенли и не понял, что произошло. Испуганно взмахнув руками, он пытался шагнуть вперёд, но поскользнувшись, полетел вслед за камнями.
Вскрикнув от накрывшего ужаса, я рванула к краю обрыва. Не скажу, о чём я думала в этот момент, наверное, ни о чём. Но, когда добежала до отвесного склона, прямо передо мной возник обвитый лианами мальчишка. Лишь протянув к нему руки, заметила, что мои ладони окутало зеленоватое свечение, и сообразила, что умудрилась поймать Стенли, использовав магию.
Думать об этом сейчас я была не в состоянии. Схватила пасынка, лианы тут же его отпустили и куда-то уползли. Упав на колени, я судорожно ощупывала парня, проверяя нет ли у него увечий, и бормотала:
– Ударился? Где-нибудь болит? Ничего не сломал?
Уперевшись ладонями в плечи, он с силой меня оттолкнул. Не ожидая отпора, я плюхнулась на попу, а Стен выкрикнул:
– Да убери ты от меня свои руки! Не прикасайся ко мне! Слышишь? Никогда меня не трогай!"
"Подняла на мальчишку растерянный взгляд.
Кулаки крепко сжаты, губы трясутся, в уголках глаз блестят едва сдерживаемые слёзы, и смотрит он на меня с такой ненавистью, что в груди разливается вымораживающий душу холод.
Не надо быть психологом, чтобы понять: парня, слишком долго подавлявшего свои чувства, сейчас прорвёт. И выльется всё это на меня...
– Откуда ты свалилась на наши головы? Ненавижу тебя! Влезла в нашу семью и давай наводить свои порядки.
А ты спросила: оно нам надо? Это из-за тебя отец выгнал Дурану. Пусть она нас не слишком любила, но тётя единственный кроме папы близкий нам человек. Мы её с рождения знаем, а ты кто такая?
– Стен, я...
– Для тебя Стенли Арамазд виконт Лонлин! Считаешь, я не понимаю, что ты задумала? Узнала, что своего ребёнка от отца родить тебе не светит, вот и вцепилась в Весту. Всех решила у меня забрать? Дурану, папу, сестру...
