С минуту помолчав, я всё-таки не утерпела:
– А почему?
– Да потому что жениться больше не хотел, заводить постоянных любовниц после того, что случилось с отцом, тоже желания не возникало, а пользоваться услугами продажных женщин... Брезгую. Откровенно говоря, мне это легко давалось. До нашей свадьбы. Вот тут организм взбунтовался.
– Ясно... Можно ещё вопрос? Когда мы боролись в тренировочном зале, кулона на тебе не было, а на следующий день появился, – подцепила я золотую цепочку с подвеской, похожей на монету. – Так вышло, что в то же утро Даниэль проболтался, что ты нацепил противозачаточный амулет.
Это он, да?
– Точно убью! Да, милая, это он, и не проси его снять. Я не могу потерять тебя. Только не тебя! Я не смогу жить, если ты...
Он запнулся, закрыл глаза, но я успела заметить сколько боли и отчаяния промелькнуло в чёрных омутах. Оседлала бёдра супруга и, прижав ладошки к его щекам, вынуждая посмотреть на меня, прошептала:
– Я не прошу. Клянусь, меня ты не потеряешь, я рядом, любимый. Навсегда и в здравом рассудке.
Насколько он у меня вообще есть... Не волнуйся, хуже чем сейчас уже не будет!
Супруг рассмеялся, прижимая меня к своей груди и зарываясь носом в волосы.
47
ЭЛЬМИРА.
Проснулась, когда комнату уже заливал солнечный свет. Минут пять просто лежала и любовалась расслабленным лицом супруга. Невесомо поцеловав его в щёку, выпуталась из крепких объятий. Умыкнула из гардеробной рубашку Арама и, по-быстрому её надев, на цыпочках убежала в свою спальню. Первое, что бросилось в глаза – Чарльз Эдвард Ричи.
Дог спал, громко похрапывая, положив голову на мои туфли. Что примечательно, целые! Чтобы собакен не погрыз обувь? Не верю! А как же чешущиеся зубы?
Сделала ещё шажок и он вскинулся, посмотрев прямо в мои глаза. Не прошло и секунды, как пёс уже прыгал возле меня, причитая:
– Явилась! Похудела-то как!
– Тише, ты сейчас весь дом разбудишь! – рассмеялась, потрепав его за ухо. – Ричи, за день похудеть невозможно!
– Что значит невозможно? Я же вижу! Но ничего, откормим, я тебе сегодня косточку принесу, зарыта у меня в саду одна аппетитная, на чёрный день берёг!
– Может, не надо? Не такой уж этот день и чёрный.
Оставь для лучших времён. Скажи, а чего это ты туфли не погрыз? Не заболел?
– Они тобой пахнут, берёг. Вдруг ты бы не вернулась?
– Рич, как это мило... – протянула растроганно. – Всё, я дома, так что можешь точить свои зубки, а я в душ и к детям. Соскучилась по всем вам, слов нет, до какой степени!
Задерживаться в ванной не стала.
