Пришлось крепко вцепиться ими в рукав отца, чтобы никто этого не заметил. Вдоль крыльца по обеим сторонам стояли какие-то люди, они что-то радостно выкрикивали и осыпали меня ярко-красными лепестками цветов, отчего в воздухе витал умопомрачительный аромат.
Наконец двери храма распахнулись и под мелодичную музыку мы ступили на жёлтую ковровую дорожку. Сама не знаю, откуда взялась во мне эта робость, но взгляд подняла несмело и, узрев стоящего у алтаря жениха, я споткнулась, а сердце пропустило удар. Это был он, тот самый мужчина, о котором я мечтала и которого никак не могла найти в своём мире!
Смоляные волосы, небрежно падающие на широкие плечи, надменный изгиб бровей, чёрные глаза в окружении пушистых ресниц.
Чётко выраженные скулы, гордо вздёрнутый подбородок, а на чувственных губах играет предвкушающая ухмылка.
Подождите, чего это он так скалится? А, вон в чём дело! В конце прохода, по которому мы шли, стояла арка из слегка голубоватого камня и, чтобы встать у алтаря, мне неминуемо придётся через неё пройти.
Разумеется, это меня нисколько не испугало. Вдруг стало горько от того, что собственными руками помогаю сестре одурачить мужчину своей мечты и буквально отдаю его в её загребущие ручки.
До арки целомудрия осталось не больше двух шагов, когда отец затормозил. Развернув меня к себе лицом, невесомо чмокнул в лоб и прошептал:
– Иди, Эля, покажи им всем, чего стоит дочь графа Родара.
Эля-то покажет, но не твоя любимая Эль. Никогда не понимала, чем руководствовались родители, давая нам практически одинаковые имена.
Сами они так нас и называли: Эля и Эль. В принципе, нам даже нравилось. Ведь когда менялись местами, не нужно было привыкать к чужому имени: любое из двух воспринималось, как своё.
Наградив папеньку насмешливой улыбкой, посмотрела на дракона и, поймав цепкий взгляд чёрных глаз, уверенно проскользнула под артефактом. Храм мгновенно залило золотистым светом, от которого нестерпимо хотелось зажмуриться. Хорошо, что делать этого я не стала.
Иначе не увидела бы, как изумлённо вытянулось лицо жениха.
Моргнув, он недоверчиво оглядел сверкающую золотом арку и, вернув своё внимание мне, зло прищурился, с силой стискивая челюсти.
Не поняла, он что, хотел чтобы его невеста оказалась не девственницей? Почему? Впрочем, может, ему нравятся более опытные девушки?
4
ЭЛЬМИРА. Священник заунывно зачитывал слова обряда, я старалась смотреть только на него, а жених всё это время не отводил от меня взгляда.
