Дуня приблизилась к шезлонгам, жестом показала Тахирову, чтобы молчал, а сама включила громкую связь.
– С бандитами удалось договориться, Евдокия, меня отпустили, – спокойно ответил Коротков. – Я так понимаю, что Ирбис потакает всем твоим капризам. Это хорошо, дочь. Прекрасно.
Дуня отчаянно замотала головой, глядя на Тахирова.
Тамир показал жестом, что Дуне нужно тянуть время и дальше. Поднял большой палец вверх, словно говоря, что Дуня молодец и все делает правильно. А сам торопливо начал что-то печатать в своем телефоне.
– Что вам нужно от меня? Все что можно, вы уже отобрали! – произнесла Дуня.
– Не все, Дуняша, не все, – хмыкнул Коротков. – Дуняша… Так он тебя называет, да? Удивительно, как легко и быстро ты приручила хищника, дочка. Но ведь в тебе моя кровь. Ты Короткова. И должна понимать, что спишь с врагом.
Дуня молчала, только зло прищурилась, глядя на мобильный в своей ладони.
Если уж кого и воспринимала Дуня врагом, так это совсем не Георгий.
– Это мое личное дело, с кем спать, – резко ответила Дуня.
– Это бизнес, дочь! Делай, как велю! Или ты забыла о подружке? Так я напомню. Моим парням она как раз пришлась по вкусу, – насмешливый голос отца неприятно резал слух Дуни.
– Что за…? – начал было Тахиров, но Аня тут же накрыла его рот ладонью, чтобы молчал.
– Не трогайте Аню! – торопливо произнесла Дуня.
– Другое дело, дочка, – похвалил Коротков. – Ты должна сделать так, чтобы Ирбис оказался в нужном месте в нужное время. Подробности я скину сообщением. И чтобы без фокусов, поняла?
Последние слова Коротков произносил торопливо, словно у него закончилось время на беседы.
Или терпение.
Звонок завершился. Дуня села, выронила телефон на колени.
– Что за хрень творится, а? – возмутился Тахиров и тут же поднес свой гаджет к уху. – Засекли? Номер пробили?
И пока Тамерлан говорил, Дуня поняла, что Георгий рядом. Не видела его, просто ощутила, как затылок пронзили сотни острых иголок, а по спине – мурашки.
Дуня стремительно обернулась. Поняла, что две предательские слезинки все же скатились по щекам.
И спокойно думать не получалось. Внутри кипели и бурлили эмоции. Они разрывали Дуняшу на части.
Ирбис стоял в нескольких метрах от нее, а она видела всего его, целиком, от залегшей меж бровей морщинки, до поджатых в недовольстве губ.
Дуня не помнила, как поднялась на ноги и сделала несмелый шаг к Ирбису. А потом просто побежала. К нему. Так хотелось ощутить тот покой и чувство защищенности, когда она в сильных руках этого мужчины.
