Работы много. А я ещё ничего не сделал. Пойдём в медицинский отсек, пока я не растерял весь задор.
Я закрыл кейс с базами и, подхватив его, направился из комнаты. Перед коридором, ведущим в шлюзовую камеру, загерметизировал костюм. Пока сидел в комнате, забыл о том, что он на мне надет, и только сейчас вспомнил о нём.
Дождавшись в шлюзе, пока из него выкачают воздух и откроют двери, отправился в путь, сверяясь с картой.
Сейчас мне не нужен был провожатый, Сеть сама проложила маршрут, основываясь на полученных данных.
А я шёл и размышлял о том, как бы не испугаться и не передумать. Память о первых минутах пробуждения была очень свежа, и все те свои ощущения я не успел ещё забыть.
Но сильно накрутить мне самого себя не получилось, во-первых, видимо, я стал более устойчив к неприятностям и опасности, которая может угрожать мне, во-вторых, я уже подошёл к комнате, где стоял медицинский комплекс.
Повторилась процедура со шлюзовой камерой, и вот я вновь нахожусь на ложе комплекса.
«Первый инфокристалл хочу подключить сам», — возникло у меня желание.
Решив, что особый выбор сейчас не имеет значения, я открыл кейс, нашёл четвертую ячейку в третьем пенале и вытащил из неё кристалл. Маленький хрусталик с продолговатым носиком с одной из сторон переливался морем разноцветных искр.
«Ну, с Богом!» — решил я и вставил его в разъём нейросети.
С удивлением констатировав, что мгновенного разрыва мозга у меня не случилось, я подождал, пока закроется купол, ещё раз глубоко вздохнул и, подумав: «Поехали.
Не подведите меня. Мне моя голова ещё дорога», приготовился к очень серьёзной операции, от которой зависит многое, включая и мою жизнь. Единственное радовало, что проводиться она будет под контролем 896-го.
«Надеюсь, быстро умереть мне не дадут, и я ещё побарахтаюсь», — была последняя осознанная мысль.
А дальше начался хаос и мельтешение образов.
Искин № 896 наблюдал странную картину."
"Человек добровольно пошёл на хоть и оправданный, но риск, и этот шаг доставлял ему море боли и мук.
Если судить по показателям состояния пациента комплекса, снятым с установленных датчиков, то болевой порог человека был превышен в несколько раз. Его тело корёжило и сотрясало в камере, как лист металла в комнате с прессом. Искин всё это наблюдал через прозрачный купол медкомплекса. Спасала человека и камеру от повреждений только жёсткая фиксация его на лечебной поверхности и контроль параметров жизнедеятельности.
