Пользователь выставляет приоритеты, есть ли острая необходимость изучить базу в установленный срок или возможно его увеличение, но с уменьшением приоритета зоны. Тогда мы перестраиваем модель так, что она начинает попадать в новую зону с меньшим приоритетом. В этом случае мы учим базу более долго, но с меньшими затратами организма на её освоение. Практически можно высчитать модель развития любого процесса, чтобы он не выходил из зелёной зоны. Будет отличаться только время его реализации. Аналогично можно поступать и с подключением любых новых опций или выполнением других задач, поставленных пользователем».
«Более-менее понял. Неплохо. Тогда разрешаю принять к реализации наш общий алгоритм действий».
«Выполнено, — как я понял, за оба девайса ответила Сеть. — Как видно из примера, этот алгоритм можно применять для различных ситуаций. Подключить его выполнение в фоновом режиме? При объединении с процессом анализа данных и построения пространственной карты использование доступных пользователю ресурсов возрастет до 3 %.
Подключить опцию?»
«Да», — распорядился я.
А сам задумался: «Нравятся мне мои помощники, оперативные, быстрые, всегда со мной, куча полезного всунута, правда не всегда очевидно, что означает то, что запускаешь, но на то есть любимый научный метод — пальцем в небо или, как говорят, на авось. Очень уж интересно было с ними общаться. Столько нового — и всё за какие-то минуты. Я ещё не успел даже встать».
Всё, пора выходить в большой мир, а то и так как былинный богатырь, который тридцать три года на полатях провалялся и пошёл подвиги вершить, я даже ещё больший богатырь буду, получается, пятьдесят лет отдыхал.
Думается мне, за стенами этого Центра — огромная Вселенная, и там жизнь бьёт ключом и всё по голове, да и веселее гораздо, чем здесь. А уж от скуки, чувствую, я точно завянуть не успею.
Но сначала маленький эксперимент. Я сел на лежанке — кровати. Она оказалась некоторым подобием саркофага, но с невысокими бортами и без колпака.
Хоть, судя по всему, я уже не шевелился как минимум пятьдесят лет, но удалось мне это действие сравнительно спокойно и уверенно. Да, руки немного не слушались и ноги были как ватные, но я всё-таки поднялся и сел. Голова не кружилась. Она в последние два дня у меня вообще необычайно ясная и работает чётко. Но у меня в ней разместились теперь два очень странных агрегата — компьютера, так что, может быть, ничего удивительного в этом нет.
