Но идиотская надежда в груди подсказывает, что это хороший знак. Предпочитаю ей верить.
Утром иду на рентген, хотя после покоя в целый вечер чувствую себя почти отлично. Опасения Алены не подтверждаются – ничего страшного нет, реально обычное растяжение, хоть и сильное. На спортсменах такие травмы как на собаках заживают. Врач прописывает мази, фиксатор и рекомендует побыть в покое пару дней, но последних слов я уже не слышу. Как только добираюсь до дворца, сразу иду в кабинет Алены.
До льда у нас еще целых сорок минут, а значит, минут пятнадцать на то, чтобы побыть с Аленой, у меня есть.
Пусть не ворчит, что я снова притащился, она сама говорила принести ей результаты рентгена, я просто делаю это с чуть большим удовольствием, чем должен был.
Стучу к ней своим привычным стуком и вхожу сразу, не дожидаясь приглашения. Видел я, как она от меня отскочила вчера, когда кто-то постучался. А я готов принять удар и увидеть какую угодно картину, даже если она там на столе с этим Максимом…
Но, к счастью, картина куда более приятная.
Аленка стоит на стуле и, по-видимому, стирает пыль со шкафов, с трудом дотягиваясь туда даже со стула из-за своего роста.
– Помочь? – спрашиваю, но она, судя по всему, мой стук не слышала, поэтому дергается резко от страха и чуть не падает с этого стула.
Успеваю сделать шаг к ней и удержать за бедра, чтобы не упала на пол и не сломала себе ничего.
– Отпусти, – сразу же рычит, хотя еще на ногах не стоит нормально, все еще пошатывается.
Приподнимаю ее, не меняя положения рук, и ставлю на пол.
Не хватало еще ей тут покалечиться.
– Пожалуйста. – Делаю вид, что она не колючка совсем, забираю из ее рук тряпку и сам встаю на этот несчастный табурет, в два широких движения руки стирая все остатки пыли, до которых она не дотянулась.
– Спасибо, – говорит негромко, но с такой злостью, как будто я не стер пыль, а сам туда засыпал ее и по всему кабинету растащил.
– Еще где-то нужно?
– Нет. Слезай, вообще, у тебя нога.
– У меня две.
– Ха-ха, как смешно, – ворчит.
– Ты сходил на рентген? – Малышкина отходит к своему столу и роется в тетради, видимо, ища какие-то записи с моей проблемой.
– Сходил. Вот, держи, – протягиваю ей снимок и заключение травматолога и снова, как в прошлый раз, опираясь ладонями на ее стол, чуть нависаю над ней. Мне очень нравится смотреть, как она смущается от этого ракурса. Мне нравится ее смущать.
– Ну тут ничего серьезного, но нужно пару дней побыть в покое.
– Нет.
