– Письмо лучше читать в спокойной обстановке.
Мы вошли в дом, где нас ждали Дори и остальные слуги. Их радостные лица и тёплые приветствия на время отвлекли от тяжёлых мыслей, но письмо в моих руках словно жгло пальцы.
– Как хорошо снова быть дома, – вздохнула Амели, но тут же обеспокоенно посмотрела на меня. – Мама, что в письме?
– Сейчас узнаем, – ответила я, аккуратно вскрывая печать.
Развернув тонкие листы дорогой бумаги, я почувствовала под пальцами её приятную шероховатость. Почерк герцога был размашистым, но изящным, с характерными росчерками на концах букв.
– «Достопочтенной лейне Элизабет Андерсен, – начала я читать вслух, и все в комнате замерли. – Позвольте выразить мою глубочайшую радость в связи с восстановлением справедливости. Спешу сообщить вам, что ваш покойный супруг, лейр Томас Андерсен, официально оправдан по всем обвинениям…»
Слова застряли у меня в горле. И я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
– Продолжай, мама, – тихо попросила Амели, подходя ко мне ближе.
– «Выяснилось, что документы, служившие основанием для обвинений в измене, были подделаны его политическими противниками из фракции графа Малвена, – продолжала я дрожащим голосом.
– Новый правитель Лавении изъявляет желание загладить нанесённую вашей семье несправедливость. Вам возвращаются все конфискованные земли и имущество. Более того, его величество лично приглашает вас и ваших дочерей вернуться в Лавению с полными почестями и предлагает почётное место при дворе…»
Тишина, повисшая после этих слов, была оглушительной.
Я стояла, не в силах произнести ни слова, пытаясь осмыслить услышанное. Оправдание мужа, возвращение имущества, приглашение ко двору – всё то, о чём я не смела даже мечтать.
– Мама? – тихо позвала Амели, беря меня за руку. – Что это значит для нас?
– Это значит, – медленно произнесла я, всё ещё пытаясь прийти в себя от шока, – что мы можем вернуться домой. Восстановить доброе имя твоего отца. Вернуть всё, что было несправедливо отнято.
– Но, – вмешался Хэмонд, и в его голосе я услышала нотку тревоги, – это также означает выбор.
Остаться здесь, в Сольтерре, где мы уже начали строить новую жизнь, или вернуться в Лавению, к прошлому.
Я посмотрела на него, затем на Амели, чьё лицо выражало смятение, и поняла, что передо мной стоит одно из самых важных решений в жизни. С одной стороны – справедливость, возвращение утраченного статуса. С другой – новая семья, новые планы, новая любовь.
– Мне нужно время, чтобы всё обдумать, – наконец сказала я.
