Дорога домой прошла в относительном молчании. Амели сидела, глядя в окно, и на её лице было написано такое уныние, что сердце сжалось от сочувствия. Как бы она ни пыталась скрыть свои чувства, было заметно, что девочка скучает по дому и, возможно, по кому-то особенному.
– Мама, – наконец нарушила она тишину, – когда мы вернёмся домой? В поместье бабушки Марши?
– Скоро, дорогая. Постараемся выехать сразу после того, как подпишем договор с королём о поставках красителя. Встреча назначена на завтра.
– Хорошо, – тихо ответила Амели и снова отвернулась к окну.
Хэмонд, сидевший напротив, участливо посмотрел на неё, но ничего не сказал. Он понимал, что иногда лучше дать человеку побыть наедине со своими мыслями.
Когда мы подъехали к дому, Амели первой вышла из кареты и поспешила внутрь. Хэмонд задержался, помогая мне спуститься.
– Завтрашняя встреча с королём очень важна, – сказал он тихо.
– Я понимаю, – кивнула я. – И очень волнуюсь. Столько всего зависит от завтрашнего дня.
– Всё будет хорошо, – уверенно произнёс Хэмонд, накрывая мою руку своей.
– Король благосклонен к тебе, а твои знания в области красителей превосходят всё, что есть в Сольтерре.
Его слова придали мне уверенности, но тревога все равно не покидала меня. Слишком многое менялось в нашей жизни слишком быстро. Лорен замужем за человеком, которого почти не знает, но который явно ей небезразличен. Амели тоскует по Рейнару, и сейчас ей это все сложней скрывать. А завтра решится, сможем ли мы, наконец, обрести стабильность в новой стране.
Глава 25
Ранним утром Лорен и Амели вошли в мою спальню с такими лицами, что я сразу поняла – предстоит серьезный разговор.
– Мама, можно? – спросила Лорен, и в её голосе я уловила какую-то особенную нотку – смесь радости и неуверенности.
– Конечно, – я села в постели, поправляя ночную рубашку. – Что случилось? Ты выглядишь… взволнованной.
Девочки забрались на кровать – Амели устроилась у моих ног, подтянув под себя ноги, как делала в детстве, когда хотела поделиться секретом.
Лорен села рядом со мной, скрестив ноги, но её пальцы нервно теребили край своего халата.
– Мама, я должна тебе кое-что рассказать, – начала она, и лёгкий румянец тронул её щёки. – Когда мы остались с Этьеном в саду у лейра Максимилиана… мы говорили о нашем… о нашем браке.
Я внимательно посмотрела на неё, стараясь понять, к чему она ведёт. В глазах старшей дочери читалось смущение, но одновременно и какое-то тихое счастье.
