Это же был…
Глава 33
Когда я читала книгу про любовь дракона, то даже представить не могла, что такое на самом деле дракон.
Они мне всегда представлялись кем-то, вроде динозавров с крыльями. Много зубов, когтей, и крылья, как у огромной летучей мыши.
Но то, что я увидела, превосходило мои самые яркие фантазии.
Антрацитово-чёрная чешуя с синеватым отливом. Крылья, каждое из которых легко вместило бы в себе три парашюта. Однако они не давили своими чудовищными размерами, а, наоборот, казались грациозными и лёгкими.
Белоснежные кинжалы клыков. Искрящийся ледяным синим светом гребень. И глаза — огромные, как блюда, ярко-лазурные глаза.
Всё это великолепие в один миг пронеслось передо мной, пока дракон приземлялся. Я наблюдала за этим, полностью оцепенев от ужаса.
Сомнений не было.
Это был он.
Не знаю, как, но Рейнарду Саторро как-то удалось вычислить, где я буду, и он явился сюда лично, да ещё и в драконоформе.
Я склотнула тугой комок в горле. Что происходит? Зачем он тут? И, самое главное, начинать ли мне уже заворачиваться в простыню и ползти куда-то в сторону кладбища?"
"Потому что вид у дракона был совершенно не добрый!
Я машинально заозиралась, ища хоть какое-то укрытие.
Может, спрыгнуть и дать дёру к ближайшим кустам? Пересижу там, пока всё не уляжется…
Порывы ветра, поднятые драконьими крыльями, едва не сдули бричку вместе со мной и кучером с земли. Чтобы удержать её на месте, кучер натянул поводья, и лошади загарцевали. Бричка заходила ходуном, и я вцепилась в бортик.
Стоило дракону коснуться земли, как его окутало плотное синевато-сизое облако, пронизываемое электрическими разрядами.
Я тут же забыла про все свои малодушные мысли о побеге и невольно залюбовалась этой картиной.
Если я правильно помню содержание книги, так обычно происходит превращение дракона в человека! То, что мне так хотелось увидеть своими глазами, когда я её читала!
Я даже наклонилась вперёд, боясь пропустить хотя бы малейшую деталь.
На миг облако прорезал кончик драконьего крыла, но тут же втянулся обратно.
Облако начало стремительно сжиматься, словно в его центре включили мощный, но беззвучный пылесос.
Когда оно сжалось до размеров человека, ветер тут же улёгся, а из облака наружу шагнул Рейнард Саторро.
Его лицо было полностью непроницаемым, как маска. И это напрягало больше всего.
Я пискнула себе что-то под нос и вжалась в сиденье, отчаянно жалея, что не могу забиться в самую крохотную щель.
— Это кто такой? — удивился ничего не подозревающий кучер.
