Если он и был в чем-то хорош, так это в ведении деловых переговоров, а начинать их явно стоит по-другому. Всего парой слов он сумел выставить себя в самом невыгодном свете, но ему так понравилась эта девушка, что он ничего не мог с собой поделать. Чем ближе Том к ней подходил, тем труднее становилось ему мыслить здраво. Сердце колотилось как сумасшедшее.
Кассандра придвинулась ближе к Уэстону, словно ей требовалась защита, уставившись на Тома как на умалишенного, и едва ли ее можно было за это винить. Он уже пожалел, что открылся, но отступать было поздно.
Уэстон нахмурился:
– Северин, дружище, что ты здесь делаешь, черт побери?
– Да вот сидел отдыхал, пока не улучил подходящий момент, чтобы обозначить свое присутствие.
Том никак не мог отвести взгляд от Кассандры. Ее широко распахнутые удивленные глаза напоминали ясное небо в полдень, а непросохшие слезы поблескивали словно звезды. Ее фигура вскружила ему голову: сплошь точеные, приятные взгляду изгибы, ни острых углов, ни прямых линий… лишь манящая, чувственно-нежная плоть.
Если бы Кассандра принадлежала ему, возможно, у него наконец исчезла бы эта постоянная хандра, ему не пришлось бы тратить попусту время на поиски подходящей кандидатуры.
– Я женюсь на вас, – твердо сказал Том. – Хоть сейчас. На любых условиях.
Уэстон легонько подтолкнул Кассандру к выходу из музыкальной комнаты:
– Иди, дорогая, а я пока поговорю с этим безумцем.
Девушка взволнованно кивнула и поспешила к двери, но как только переступила порог, Том окликнул ее:
– Миледи?
Кассандра неуверенно выглянула из-за дверного косяка.
Северин не успел придумать, что сказать, но не мог позволить ей уйти, не заверив, что она само совершенство, поэтому хрипло проговорил:
– Вы не толстая, но чем больше вас будет в этом мире, тем лучше.
Комплимент вышел не слишком изящным и не особо уместным, но в голубых глазах девушки, как он успел разглядеть, прежде чем она исчезла, заискрилось веселье.
Том напрягся всем телом, едва не бросившись за ней, как взявшая след гончая.
Уэстон повернулся к нему с озадаченным и раздраженным выражением лица, но прежде чем успел хоть что-то сказать, Том выпалил:
– Могу я заполучить ее?
– Нет.
– Но я хочу! Позволь мне…
– Нет, я сказал!
В мгновение ока Северин ощетинился и в нем ожил бизнесмен:
– А, я понял: ты сам на нее положил глаз! Может, договоримся?
– Ты только что сам слышал: я сказал ей, что не намерен жениться, – раздраженно буркнул Уэстон.
