Эти умственные упражнения измотали и довели до белого каления всех, включая адвокатов, но больше всего раздражало осознание, что Северин со всей очевидностью получал от процесса огромное удовольствие.
Из чистого упрямства Девону удалось отстоять свою позицию и в итоге заключить удовлетворившую обе стороны сделку. Только позже он понял, что буквально ходил по лезвию бритвы, рискуя потерять целое состояние, если бы утратил права на добычу полезных ископаемых в поместье.
Уже не в первый раз Девона поражало умение Северина разбираться в людях, но при этом совершенно игнорировать их чувства.
– В этом вопросе тебе вряд ли есть чем гордиться, – заметил он с сарказмом."
"С напряженным лицом Северин встал и принялся расхаживать по комнате:
– Знаю, мой образ мышления не такой, как у многих, заключение сделок для меня игра.
– Ну да, вроде покера, – усмехнулся Девон. – Никогда не раскрываешь своих карт, всегда идешь до победного конца, и в этом ты, несомненно, хорош. Вот только для меня это было отнюдь не развлечение.
В поместье живет двести семей арендаторов. Мы нуждались в доходах от того карьера, чтобы им было на что жить. Без этих средств мы могли бы обанкротиться.
Северин остановился возле каминной полки и провел рукой по волосам:
– Да, я как-то не учел, что контракт мог для тебя иметь куда большее значение, чем для меня.
Девон пожал плечами:
– Не твоя печаль! Беспокоиться о моих арендаторах – моя обязанность.
– Кроме того, это не очень-то прилично – действовать во вред интересам друга, – Северин пристально взглянул на него.
– Прошу прощения за свое необдуманное поведение.
В такие мгновения Девон осознавал, как редко Северин удерживал на ком-то взгляд. Казалось, он таким образом сводил к минимуму возможность сближения с кем бы то ни было, словно это таило в себе опасность.
– Я уже давно тебя простил, – пожал плечами Девон.
Однако Северин не собирался закрывать эту тему:
– Я бы вернул тебе права на добычу полезных ископаемых, как только бы понял, какой угрозе могу подвергнуть жизнь твоих людей.
И я это говорю не из-за моего интереса к Кассандре, поверь.
За десять лет знакомства Северин извинялся перед Девоном вряд ли больше пяти раз. По мере того как росло состояние, а вместе с ним и могущество Тома, его готовность признавать свою неправоту пропорционально уменьшалась.
Девон вспомнил ту ночь, когда они впервые встретились во мраке лондонского трактира.
