Забрав у меня свою крестницу, Петров кладет ее на пушистый ковер рядом с братьями, которые, увидев нас, усиленно рисуют на бумажных листочках и делают вид, что ничего необычного не происходило.
- Макс, что делать-то? - смотрю на него в панике. - У меня есть мицеллярка. Я слышала, она хорошо отмывает.
- Да ничего, поживут у нас, пока не отмоются, - усмехается Петров, подходя ближе и притягивая меня к себе в объятия.
Замираю в его руках, чувствуя, как он горячо дышит мне в макушку. Стоим, не шевелимся. Я жду, что сейчас последует какое-то продолжение, но нет.
Максим просто обнимает меня как тогда, в переходе. Несмело обнимаю его в ответ.
- Ты злишься на меня? - уточняю осторожно, прислоняясь щекой к груди.
Макс отрицательно мычит. Чувствую, как его рука скользит по волосам, чуть сдавливая кожу на затылке, и млею от этого. Очень люблю, когда массируют голову. Обожаю парикмахерские.
- Макс,.. - выдыхаю его имя со стоном удовольствия, - они сейчас что-нибудь ещё натворят.
Слышу тихую усмешку и Петров отстраняется, а я с трудом разлепляю тяжелые веки.
Меня так расслабили его прикосновения, что я моментально лишилась сил.
- Нам продержаться ещё несколько часов, - он поднимает Машу с пола и пихает мне в руки. - Айда мыться, шпана. А потом гулять. Иначе я буду вынужден делать ещё один ремонт."
"Пока я везу коляску, Максим ведет ребят за руки, то и дело разнимая их, отвлекая и периодически таская на плечах или подмышкой. На улице гораздо оживленнее, ведь люди активно возвращаются с работы.
Я ловлю на нас восторженные взгляды. Некоторые прохожие даже оборачиваются, а я… испытываю гордость за то, какой у меня Петров.
Он так просто, на равных, общается с детьми, что вызывает в их глазах восторг и обожание. И… влюбляет в себя. Наверняка, Макс будет хорошим отцом.
Это совершенно не вяжется с его поведением бабника. Видимо, он из тех, кто должен хорошенько нагуляться перед семейной жизнью. А так, если бы был посерьёзнее, можно было бы хватать и бежать.
Мы успели погулять на площадке, зайти в игровую, а после перекусить в пиццерии.
А сейчас возвращаемся домой, потому что возле подъезда нас уже ждут родители малышей.
- Ань, если тебя взяли в заложницы и заставляют рожать еще, моргни два раза, - усмехается Петров, отпуская ребят, когда к нам приближается уже знакомый мне мужчина, похожий на медведя.
Рядом с ним идёт совершенно противоположная ему миниатюрная женщина.
- Ты почти угадал, Макс, - смеётся она.
