Сабир серьезно посмотрел на меня, тщательно раздумывая над ответом.
— Симпатию, ревность, злость, чувство собственности и желание защитить ото всех, — наконец выдал он.
— Ты бы смог меня ударить? — продолжала я. — Если бы очень сильно разозлился? Если бы я испортила тебе все планы? Если бы...
— Ни при каких обстоятельствах я бы тебя не ударил. Никогда. И не унизил бы. И не оскорбил.
Меня глубоко тронули его слова. И хоть он не сказал ничего нежного, но все это прозвучало как серьезное и сильное признание.
— Если ты испытываешь ревность ко мне, то почему делишь с Симоном?
— Так надо, — Сабир напряг челюсть.
— Ты всегда меня будешь делить?
— Больше никогда, — ответ Сабира был наполнен стальной решимостью.
— А Симон? Ты... Собираешься его подставить? Забрать его компанию?
— Это наша компания. И это тебя не касается, — даже в своем отказе Сабир не был груб."
"— Сабир, — я взяла мужчину за руку. — Я сделаю все, что ты хочешь. Только, пожалуйста, помоги мне избавиться от влияния моего мужа и Симона.
Я боюсь их. И как бы мне ни нравился Симон, но я больше не выдержу такого обращения, — я указала на свою прокушенную губу, которая уже совсем не болела, но все же. — Я все сделаю сейчас и впоследствии. Но я не останусь с тобой, если я этого не захочу. Я больше не смогу жить как раньше.
— Ты захочешь остаться со мной, — заключил Сабир и сжал мои пальцы. — Я тебе в любом случае помогу. И, если ты приняла решение, надень на себя маску прежней Искры и просто проведи эти выходные с нами. Я больше не отойду от тебя.
Я кивнула и наконец выдохнула остатки напряжения.
Я вновь попыталась спрыгнуть с кухонного острова, но Сабир мне не позволил. Он настойчиво прижал к моим губам ещё один кусочек льда и не отрываясь смотрел мне в глаза.
— Мне уже не больно, — прошептала я, почему-то боясь нарушить своим голосом это хрупкое единение с Сабиром, но его взгляд был сейчас настолько другим, что я застыла на месте.
Сабир по-прежнему был суровый и хмурый, но сейчас он словно впервые полноценно оглядел меня.
— Сиди на месте, — тихо приказал он. — Я просто хочу ещё побыть с тобой. Наедине.
Так мы и глядели друг на друга в каком-то решительном молчании. Сабиру придал решительности наш разговор, и он словно все расставил для себя по местам. Я же чувствовала решительность от того, что озвучила свою позицию и пообещала сама себе больше ни перед кем не прогибаться. И, даже если Сабир мне действительно во всем поможет, я не останусь с ним из-за чувства благодарности.
