Грудь тяжело вздымается. Вижу… Не одобряет. Ревнует. Не хочет отпускать. Но и наехать не может.
Собственник хренов.
— Он живёт я своем доме с малолетней девчонкой, — цедит сквозь зубы. — У него есть баба, Маша. Поэтому…
— Это не твое дело, Виктор, — снова обрываю его речь. — С кем он живёт, сколько ей лет… Тебя совершенно не касается!
— Понятно, — бросает злобно. — Нет никакой ревности, значит, и любви нет. Окей. Все ясно.
Действительно не ревную. Наоборот, хочу, чтобы слова Виктора были правдой. Хочу, чтобы Стас нашел свою половинку и был счастлив.
Поэтому меня ничуть не задевает…
— Какие документы надо подписать?
Хмыкнув, он идёт к столу и достает несколько папок.
— Вот, — открывает первую. — Страница седьмая.
— Надеюсь, ты не станешь меня подставлять? — конечно же это сарказм."
"— Будь моя воля, я бы сделал все что угодно, лишь бы у тебя не было ни единого шанса от меня уйти.
Глава 26
Олеся врывается в кабинет без стука. Опускается в кресло напротив и, закинув ногу на ногу, смотрит на меня такими глазами, будто я должна ей что-то доложить, но я бессовестно молчу.
Улыбается, постукивая пальцами с аккуратным маникюром по столу, ждёт, не сказав ни слова.
— Что? — вопросительно выгибаю бровь.
— Рассказывай, что в офисе происходит. Твой бог секса увольняет одного за другим.
Хмурюсь. Не понимаю, о чем говорит подруга. Неужели Виктор кого-то ещё помимо Михалыча выгнал?
— Я не в курсе, Лесь…
— Толик ушел вместе со своей секретаршей. А сейчас ещё одна дамочка поскакала следом за ними.
Кстати, я прямо рада. Сплетницей была. Весь день истории выдумывала. Фантазия у нее классная! И, походу, про тебя что-то наговорила, а бог секса услышал… Я видела, как он орал на нее. А потом приказал, чтобы та заявление написала, ибо если выгонит ее он, тогда она хрен где устроится на работу. А ещё сказал, — подруга закатывает глаза. — Что он дал ей шанс… И пока у него хорошее настроение, она должна немедленно исчезнуть. Ты бы видела лицо Лизы… — качает головой. Улыбка до ушей. — Такая покраснела вся, умоляла… «Ой, я так больше не сделаю.
Ой, больше не повторится…». Мне прямо ржать в голос хотелось. Клянусь, еле себя сдержала.
И пока Леся так эмоционально все рассказывает, я ловлю себя на мысли, что мне ни чуть не смешно. Никаких сплетний про меня до появления Амирова не было, а сейчас резко началось, потому что даже издалека видны искры между нами.
— И ты прибежала ко мне, чтобы все это рассказать? Лесь, я не понимаю, что тут смешного.
— Ну да.
