Подняв взгляд, увидела Луку, с ужасом смотревшего на нас с Леонардом.
54 глава
Я улыбнулась мальчику.
— Лука, всё в порядке, — сказала в надежде, что ребёнок успокоится, а Леонард поймёт, что наш разговор пора завершить.
Архитектор неловко встал и отодвинувшийся стул упал на пол. Я вздрогнула от громкого звука. Мальчуган же с рыком выскочил из-за угла и ракетой понёсся к мужчине. Врезавшись ему в живот, он рычал и колотил того руками и ногами. От хаотичных движений Луки букет с хризантемами слетел на пол и упал.
Я бросилась к мальчику успокаивать его. Леонард вел себя достойно. Не пытался ответить мальчугану и мужественно терпел избиение, иногда прикрывая чувствительные места.
— Лука, господин Бошен сожалеет! Он пришёл, чтобы принести свои извинения! Он уже извинился перед дедушкой и Агатой! — говорила я, хотя знала, что в состоянии аффекта ребёнок меня не слышит.
Наконец в кухню влетел Хенрик, а за ним и Агата.
— Лука! — с болью закричал дед.
Он подскочил к мальчишке, плюхнулся на колени и обнял его, заблокировав при этом руки.
Мальчик громко рыдал, а под нашими ногами ярким, жёлтым пятном лежали растоптанные цветы.
— Извините, я наверное не вовремя пришёл, — сказал Бошен, глядя в глаза ребёнку, который смотрел на него с ненавистью.
В дальнем углу, прикрыв рот руками, стояла Агата, из её глаз текли горячие слёзы.
— Я бы хотел принести свои извинения, господин Коуэль, — обратился архитектор к Луке. — Я сожалею, что так сильно обидел вас.
Лука тяжело дышал, я стояла не шелохнувшись и понимала, что наконец-то мальчик услышал то, что ему говорили.
Леонард, окинув всех нас грустным взглядом, направился к выходу. Я не смотрела ему вслед, внимательно наблюдая за ребёнком, который вцепился в шею деда. Только мы услышали звук закрывшейся двери, как мальчик в голос разревелся в объятиях дедушки. Тут же подбежала Агата, и, упав на колени, обняла своих родственников. Я же, взяв поднос, пошла обслуживать клиентов.
Иногда лучшая помощь — не мешать. К тому же надо позаботиться о таверне, пока родственники утешают друг друга.
В душе был неприятный осадок от случившегося. Надеюсь, что несмотря на то, что сцена вышла безобразной, это выльется к лучшему. Весь негатив, который испытывал ребёнок по отношению к постороннему мужчине, выплеснулся. Конечно, нужно ещё учить Луку правильно, не по-детски, вымещать свои обиды, но зато в душе он получил освобождение.
В зале всё было спокойно, как будто за стеной не происходило никаких драматических событий.
